А-Ту вышло. Я, не тратя времени даром, прорезал Мечом лаз в стенке, перебрался в соседнее помещение и, сделав ручкой остолбеневшим подле бурлящих котлов и скворчащих плит поварам, вышел через дверь. Чуть поплутав по коридорам терема, вышел на площадь возле стадиона и затерялся в празднично шумящей толпе.
Заходить в дом к Мире, где я квартировал, необходимости не было. Всё самое ценное - Меч, таинственный шарик, позналь Иденса и кошель с остатками денег - я постоянно носил при себе. Пока шёл по Парме, постоянно ловил на себе любопытствующие взгляды - события на стадионе очень некстати сделали мою особу чересчур популярной. Однако "врагом народа" меня ещё не объявили, а потому и задержать никто не пытался. Чтобы сбить возможных преследователей со следа, я вышел из города через северные, выходящие к реке ворота и прошёл до таможни. Сначала намеревался выйти вообще через восточные, но уж слишком большим получался крюк, который пришлось бы давать вокруг города.
Таможенники - не гвардейцы, и дисциплинка у них, как я убедился, ещё та. Вот и сейчас башня пустовала. Все отправились в город, на праздник. Мой челн преспокойно лежал возле стены. Я отнёс его на воду, загрузился и, никем не замеченный, отплыл вниз по течению. Впрочем, если кто-то и заметил, это даже лучше. В погоню по реке за мной отправиться не на чем, не на лодьях же! Поругаются да и махнут рукой на это дело.