Опоздай мы хотя бы на день, в Орими бы уже никого не застали. Фигляры заждались. Их бродячие души рвались в дорогу. Однако же совсем не в том направлении, которое я предложил. Тут Кавни взбунтовался и категорически отказался повернуть караван обратно на Божью Столешницу, оставаясь глухим ко всем моим уговорам и посулам.
- Пусть уж лучше обо мне худая слава пойдёт, что, дескать, старый сетрик Кавни слово своё не держит. Я не лэд и не купец, как-нито переживу. Зато все мои люди живыми останутся, а это куда как более важно. Не возвернусь я на Божью Столешницу! И впредь зарекаюсь даже на край её ногой ступать! Да-а... - взволнованно бормотал он, избегая смотреть мне в глаза. Я понял, что уговаривать его - пустая трата времени, и больше настаивать не стал.
- Ладно, не переживай, - успокоил я сетрика. - Освобождаю тебя от данного слова.
Тут же, неловко и скомкано попрощавшись, Кавни отправился запрягать повозку. Ко мне подошёл Реди.
- Там, где ты был, моего отца нет? - спросил он.