— Я понял. В таком случае он тебя отпустил?
— Да. Но, понимаешь, мне снились сны о его сыне, Дане. До похищения. И я хочу остаться, чтобы помочь ему его найти.
— Остаться? Зачем? Ты ведь можешь вернуться домой и помогать ему отсюда. По телефону.
Меня осенило. Лев то же самое мог мне сказать. Но согласился взять с собой. Куда мы теперь поедем?
— Вообще, да, но будет лучше, если я останусь рядом.
— Дочка, будет лучше, если ты вернешься домой. Ты так же хорошо здесь сможешь ему помочь. Зачем тебе быть рядом?
Папа говорил спокойно, но непреклонно. Он никогда не кричал на меня, всегда старался сгладить углы, беспокоясь о моем здоровье.
Что ему ответить? Не скажу ведь, что мне просто не хочется расставаться со Львом. Тем более, он стоит в пяти метрах от меня и слышит все, что я говорю.
— Светочка, дай трубку этому Льву. Я с ним поговорю.
— Пап, ну зачем…
— Он боится поговорить со мной?
Неловкий момент. Я посмотрела на него, и он кивком головы спросил, в чем дело?
— Папа хочет с тобой поговорить.
Лев махнул рукой, чтобы я дала ему мобильник. Папа сейчас убедит его отправить меня домой. Я могла бы заявить отцу, что давно уже взрослая и могу сама принимать решения. Но на самом деле такое заявление лишь даст ему понять, что я что-то скрываю, недоговариваю.
Я отдала мобильник. Лев поднес его к уху.
— Слушаю.
Его брови сошлись на переносице, лицо напряглось. Взгляд стал острым и опасным, точно у ястреба. По моей груди словно ледяные когти заскребли. Что ему такое говорил папа?
Лев резко отвел трубку от уха и уставился на экран. Похоже, папа отключился.
— Что он сказал? — с тревогой спросила я.
— Все нормально. Твой отец все понял. — Лев спрятал мобильник и добавил полушепотом. — Мы в этом доме задерживаться не будем. Доедайте и собирайтесь. Отвезем сначала ребенка.
Нормально? Плохо верилось. Почему он тогда столь сильно хмурился? Может, папа сказал что-то вроде: “Головой отвечаешь за мою дочь. У нее нелады со здоровьем, и если с ней что-то случится, я тебя прибью”.
Или что-то другое сказал?
Я в замешательстве смотрела, как Лев дошел до двери и выскочил на улицу. Забыла попросить его вернуть мне телефон. Ничего, позже попрошу.
Кирюша уже все доел и взорвался от счастья, когда я дала ему три киндера. Пока он с довольным лицом уминал шоколадные оболочки, я сказала:
— Поедем в гости к одной хорошей тете? У нее большая семья, много детишек твоего возраста. Они живут в большом уютном доме, там куча игрушек.
Голубые глазки загорелись. Мальчик закивал. Все пальцы и рот испачкал шоколадом. За это короткое время я успела привязаться к нему. И он, боюсь, тоже. Но с собой возить его нельзя. Ему нужен теплый дом, дружелюбная атмосфера, развлечения, заботливые взрослые и хорошая еда, одежда. Этого в избытке было у моей подруги Нади. Кирюше у нее понравится. Ему некогда будет скучать по мне.
А я буду скучать.
— Спасибо, тетя Света. — Мальчик обнял меня после того, как умылся в ванной комнате.
— Тебе сегодня повезло очень, да? — дрогнувшим голосом произнесла я, погладив кудряшки. — И в кино снялся, и на машинах покатался, и вкусно покушал.
— Да, супер! — он весело подпрыгнул.
— Поехали к тете Наде?
— Поехали!
У меня получилось показать ему, что сегодняшний день — большое интересное приключение. Оторопь и дрожь после перестрелки давно прошли. Надеюсь, страх от нее со временем сотрется с памяти.
Я хорошо себя чувствовала, хотя за последние дни пережила много стресса. Папа зря волновался. Мне сейчас намного лучше, чем год назад.
Кстати, сколько у меня осталось таблеток? Я порылась в сумочке, пока Кирюша обувался. Пять штук… Мало. Хватит на два с половиной дня. Я обычно заранее покупаю новую пачку. Но рецепта у меня с собой нет. Просить Льва, чтобы пустил сбегать домой и взять его? Чувствую, к моему дому не одна сотня километров.
— Теть Света, я готов!