– Что это?
– Наша новая броня. Нужно переодеться.
Глеб отстегнул и снял перчатку, коснулся мелкоячеистой структуры в руках девушки. Растер на пальцах холодную вязкую влагу.
– Не опасно? – осторожно спросил он.
– Когда я тебя обманывала?.. Не беспокойся, это доспех шгаал. Слегка модифицированный под человеческое тело, но такой же эффективный. В свое время карлики дорылись-таки до мантии материнской планеты – волей-неволей, пришлось сопутствующее снаряжение изобретать. Что ни говори, а ребята они основательные, с душой к делу подошли. Существуй до сих пор звезды, и мы смогли бы искупаться в их фотосфере. Ресурса батарей при таком варварстве хватит лишь на минуту, но все же…
– Если так, то что мы делаем в этих обносках?! – забывшись, Глеб хлопнул себя в грудь кулаком и скривился от боли в отбитых о металл костяшках.
– Очень дорогая одежка, – созналась Айга. – Цена одного комплекта сравнима со стоимостью этого корабля… Берегли на крайний случай.
– Все так плохо? – поразился Глеб. – Если сейчас решили использовать.
– Надеюсь, что нет, и мы лишь дуем на воду. Но пренебрегать нашей с тобой безопасностью не стоит. Мало ли что…
Глеб недоверчиво глянул в сторону свертков: веяло от них чем-то далеким и чужим. Парень помнил то странное беспокойство, какое он ощутил, коснувшись холодных влажных сот в руках девчонки. Сложно понять, откуда, из каких глубин сознания поднялось это чувство, но абсолютно ясно одно – само тело вопило от ужаса при одной мысли, что это придется носить на себе продолжительное время.
– Не маловат размерчик? – спросил Глеб в сомнении. – Налезет на комбинезон?
– На все сто он функционирует только при прямом контакте с верхним слоем эпидермиса; нужна тактильная связь. Для корректной работы требуется беспрепятственный доступ к нервным окончаниям носителя.
– Чо, догола, что ли раздеваться? – переспросил парень, сообразив чего от него добиваются.
– Да, снимай лишнее скорее. Мы израсходовали отпущенное время. Харри говорит, что корабль клайгов с минуты на минуту будет рядом.
– Ты серьезно? Прямо тут?.. Давай хотя бы в коридор уйдем, там сила тяжести на месте.
– Ничего не получится, дверь заблокировалась при входе, – отрезала Айга. – Складом заведует Рекс, а он тот еще извращенец по части отчетности, и не смотри, что вечно невозмутимый внешне. На самом деле параноик, каких поискать… Снимай снаряжение. Распределим сегменты обратно по ящикам и только тогда сможем выйти.
Глеб попытался разглядеть в ее глазах обман, но так и не увидел ничего подозрительного. Он коснулся скрытого рычага в подмышке скафандра и стал неумело отстегивать сегменты брони. Через минуту дошла очередь до комбинезона. Расстегнув замок на груди, он поднял голову – Айга не отводила от него смеющийся взгляд.
Глеб чуял подвох, но не мог определить с какой стороны ждать напасти.
– Так и будешь смотреть? – спросил он у девушки.
– Опять эти нелепые мысли в твоей голове, – она смешно скривила губки. – Больно ты мне нужен… Продолжай, не стесняйся.
– И не думал даже, – буркнул Глеб высвобождая руки из рукавов.
Не смотря на внешнюю браваду, внутри он ощущал неуверенность. И дело вовсе не в страшном изъяне, какой он не хотел бы показывать девушке при свете ламп. Просто раздеваться приходилось в невесомости, а это та еще задачка – для ловкачей.
– Дальше что? – спросил он, нервно потирая ушибленное об угол колено. Ногами Глеб закрепился за ящики, а рукой старался прикрыть пах, и выглядел, наверное, сейчас нелепее некуда. На складе было прохладно: кожа покрылась мурашками и слегка знобило. А девушка тянула все и не торопилась подавать ему чудодейственную броню.
– Дальше – вот, – сказала Айга, когда ей надоело пялиться.
Она подлетела ближе, приложила влажный холодный сверток к его груди. Хлопнула по сетчатому металлу крепкой маленькой ладонью. – Придется немного потерпеть.
– Что, опять?! – насторожился парень. И добавил, уже смирившись – Знаешь… Я не удивлен почему-то.
– Это же хорошо! – улыбнулась Айга. Толкнулась и на излете, у дна цилиндра, выставила руку в направлении Глеба. Пальцами изобразила готовый к бою разрядник. – Запомни и никогда не забывай: вся жизнь – один сплошной обман.