Так что моей задачей было выделить основные компоненты, которые преступник использовал для создания бомбы. Анализ образцов показал наличие негашеной извести, серы, а также следы кальция и фосфора. Последние были особенно опасны. Фосфид кальция — соединение неустойчивое и, разлагаясь, оно выделяет ядовитый газ. Уверен, в городе не так много мест, где можно купить подобные вещества, и так же лабораторий, в которых они имеются в свободном доступе. И еще меньше людей, разбирающихся в химии. Бомбу явно склеили не дома, «на коленке», и за это стоило зацепиться.
Один нюанс меня смутил. Зачем подкладывать тела в архив? Понять, что смерти не были результатом несчастного случая, было так-то несложно. Есть много более надежных способов замести следы. Может, что-то пошло не так, и бомба не сработала как нужно? Если ее оставил в библиотеке не сам злоумышленник, а какой-нибудь бестолковый исполнитель, который не знает химию. Еще и в неудачном месте, например, на полу. Рядом вполне могла проходить уборщица и задеть артефакт мокрой тряпкой. Как я уже сказал, соединение неустойчивое и под воздействием влаги начинает разлагаться. Не исключено, именно из-за этого артефакт сработал не в полную мощность и не уничтожил улики целиком.
Я быстро записал результаты исследований и сделал копию для Мерджима, чтобы тот добавил данные в свой отчет. После чего собрался и попрощался с Алмосом: фей опаздывал на лекцию, которую должен был проводить у второго курса вечернего отделения.
Персиковые деревья отцветали, роняя розовые лепестки, и я, залюбовавшись, шел по аллее нога за ногу. Меня не оставляли мысли о разговоре с Мерджимом. Даже обидно, вместо того, чтобы как следует изучить лабораторию и взять на вооружение интересные и удобные решения, я проигрывал в голове слова фея.
Вот ведь крылатая пакость!
Мерджим наверняка понимал, что теперь я не смогу так же спокойно общаться с Карелом. И дело не в намеках, предубеждениях, закостенелости мышления или же отвращении. Ни в коем случае! Я вообще эльф широких взглядов и придерживаюсь мнения, что люди вольны в своих слабостях, пока те не мешают интересам и свободам других. Кто любит, кого любит, как именно и в каких позах — меня не касается.
Во всяком случае, так я думал раньше.
А теперь, как выяснилось, касается и даже очень.
Я не смогу сделать вид, что ничего не узнал. Не такой я хороший актер. Обязательно в чем-нибудь проколюсь, и это вызовет еще больше неловкости. Да и нечестно это. Лучший вариант — откровенно поговорить с Карелом. Объясню, что я чисто технически не отвечу ему взаимностью, а не потому, что у меня другая ориентация или я — высокомерный эльф, который выше жалких смертных. Увы, не созданы перворожденные для отношений. Признайся мне в чувствах леди Лавена или Гента, или Ферко (вот уж точно нет!) — результат будет таким же. Судя по всему, город давно об этом знал и делал ставки, и только я ничего не понимал.
Ну, точно — самый наивный эльф. Могу с чистой совестью забрать первый приз и поставить его в борделе в шкаф… на полку с приспособлениями. Они будут отлично смотреться вместе.
Хотя, если поразмыслить, себя мне не жаль. Главное, чтобы после этого Карел перестал ломаться и согласился продлить жизнь. И если я правильно понимаю специфику процесса, с мужчиной мне будет это сделать проще, чем с женщиной. К тому же лорд Киар нужен городу и Дуэйну. Равноценный обмен — никаких сомнений. Жаль, интуиция подсказывала, что такое предложение смертельно оскорбит Карела.
Как же сложно у людей все устроено!
Я выбрался за территорию больницы, из любопытства прошел чуть дальше на холм и оказался на живописной обзорной площадке, с которой открывался вид на город и бухту. Даже панорама от дворца наместника не была настолько же захватывающей.
Почти все лавочки оказались заняты влюбленными парочками — сейчас смотреть на них было тошно. Присев на край ближайшей ко мне скамьи, я уронил голову на руки.
Триада!
Помассировав виски и лоб, я откинулся на спинку и какое-то время просто любовался темнеющей океанской гладью — это помогло восстановиться моральному равновесию. Человеческие чувства — штука, конечно, хрупкая и непредсказуемая, но Карел ни словом, ни делом не позволил никаких вольностей в мой адрес. Думаю, мы сможем все обсудить и понять друг друга.