Да что за дела? Все трое будто мне сочувствуют… Словно я угодил не туда, куда следует. Или… стал жертвой красочного розыгрыша…
— Иваныч! — весело гаркнул Батя, с радостной улыбкой протягивая руку, — Давно не виделись!
— Андреич! — в тон ему протрубил Седов, мгновенно растеряв всю свою злобу и раздражение, — Приветствую, дорогой!
Мужчины пожали руки с видом старых друзей, похлопывая друг друга по плечу. Я смотрел на их встречу, все еще ничего не понимая.
— Посмотрел контору? — без особого удивления поинтересовался шеф, — Ну как тебе? Как стажер? — кивок в мою сторону.
— Ты знаешь, вполне себе ничего, — уверенно пробасил оперуполномоченный, — С виду — дуб дубом, а на деле — тертый калач!
Оба хохотнули, измеряя меня насмешливыми взорами. Наверное, в тот момент я представлял из себя довольно нелепое зрелище — с удивленно выпученными глазами, глупо открытым ртом…
Больше всего меня поразило даже не преображение Дмитрия Ивановича, в миг превратившегося из склочного ревизора в проницательного и понимающего опера. Изумило поведение Бати. Будто он… знал о проверке? Или даже сам ее организовал?
— Ну, пойдем, посидим, обсудим, — Андрей Андреевич гостеприимно потащил посетителя к своему кабинету.
Диана неотрывно следовала за ними, а Юля, смущенно потупившись, осталась стоять у входа.
Обернувшись на ходу, Батя посмотрел серьезно и одобрительно.
— Саша, на сегодня можешь быть свободным, — небрежно бросил он.
Глава № 15
— Не переживай ты так, все прошло на пятерку с плюсом! — девушка непринужденно подхватила меня под руку, заботливо прижавшись к плечу, — Проверка как проверка. Посидят теперь с Батей в кабинете, почешут языками, как это у них заведено. Вспомнят старые времена, как настоящие дедки…
Юля забавно хихикнула, игриво тряхнув волосами. Я наблюдал за ней, чуть скосив глаза — и зрелище было весьма приятным.
Оказывается, Андрей Андреевич отпустил с обеда не только меня, но и всю контору освободил от работы. Наверное, остался какой-то дежурный состав… Но большинство работников распустили. Во всяком случае, секретарша покинула офис вместе со мной.
И как-то незаметно, слово за слово, мы оказались вместе. Прошлись под полуденным солнцем, проехали несколько остановок на автобусе. И очутились в парке.
Вообще, в Москве на удивление много прекрасных парков. Всегда есть, куда сходить, где погулять. Чем, в общем-то, мы сейчас и занимались.
— Ну, и каковы же итоги сегодняшней проверки? — с показным равнодушием буркнул я, степенно вышагивая по прямой асфальтовой дорожке.
— Да все, как обычно, — беспечно отмахнулась девушка, — Думаю, это вообще не больше, чем формальность. Продлят лицензию, подпишут документы, пройдут освидетельствование. И будем работать дальше, как ни в чем не бывало.
— Понятно… — как-то тоскливо протянул я.
Почему-то никак не оставляло ощущение, что проверяли не только и не столько контору, а именно меня — новоявленного сотрудника. Как поведу себя в нештатной ситуации? Сдам ли агентство с потрохами? Пойду ли на конфликт с властью? Предам или останусь лоялен? Как отреагирую на угрозы и крики?
А вот Юля, казалось, не особо-то обеспокоилась результатами полицейского визита. Она шла рядом, уцепив меня под локоток, беспечно лепетала обо всем на свете. Из нее прямо-таки лилась наивная жизнерадостность.
Мы прошлись по дорожке, оставив позади глухую аллею. В лицо дохнул свежий ветерок: перед глазами раскинулась водная гладь обширного пруда. Высокое небо хвасталось синевой без единого облачка; весеннее солнце жарило вовсю, разгоняя последние остатки прохлады.
— Пойдем, уток покормим! — радостно ойкнула девушка, потянув меня в сторону воды.
Глядя вслед блондинке, я невольно улыбнулся, настолько непосредственной и незамутненной казалась ее радость. Выйдя из офиса, красотка оставила там рабочий настрой, а вместе с ним — высокие строгие туфли. Теперь на ее изящных ножках красовались белые кроссовки. Как ни странно, спортивная обувь вполне себе гармонировала с мини-юбкой и жилеткой. Хотя, кажется, в наше время можно носить что угодно и с чем угодно — никого ничем не удивить. Какое бы безумное сочетание ты не надел, оно все равно попадет под определение одного из бесконечных стилей.
Мы подошли к импровизированной набережной: вокруг прудика шла дорожка, а непосредственно берег оказался выложен крупными камнями. Юля, не задумываясь, попрыгала по валунам, а потом, оглянувшись с заговорщицким видом, уселась на один из них. Я последовал примеру девушки, приземлившись на нагретую поверхность камня. Вытянув ноги, блондинка блаженно прищурилась на солнце. Ее ладонь нырнула в сумочку, секунду спустя выудив оттуда сдобную булку.
Утки уже спешили в нашу сторону, приученные к ежедневным кормежкам. Юля протянула мне полбулки, тут же принявшись крошить в воду собственную половину. В утиной стае зародилась суета; толкотня у кормушки, так напоминающая вполне человеческие отношения. Животные другие, а принципы построения социума — те же.
— И часто у вас случаются такие… проверки? — спокойно поинтересовался у девушки спустя пять минут безмятежного молчания.
Она глянула с укором, но все же ответила, таиться не стала.
— Да как сказать… раз в квартал точно, — совершенно по-детски пожав плечами, проговорила Юля, — Они же давние друзья… Ну, Андрей Андреевич и Дмитрий Иванович. Вот он и заходит… в гости. Ну, заодно, и агентство аттестует.
— Ага… и проверяет новеньких работников. На вшивость.
— Ну хватит, Саша, — фыркнула девушка, — Что ты завелся, как ужаленный? Ничего ведь страшного не случилось? Всех так или иначе проверяют. А ты — держался просто здорово! Я даже не ожидала… что ты сумеешь так отшить Иваныча…
Я засмеялся, давая, наконец, выход накопленному напряжению. Было горько от всех этих проверок и заговоров; от шпионских выходок начальства и раболепного подчинения коллег. Ведь та же Юля, так подчеркнуто дружелюбная сейчас, знала заранее, что надо мной будут проводить эксперимент. Но даже не подумала предупредить или намекнуть.
Девушка оглянулась и, улыбнувшись, легко подхватила смех. Впрочем, если мой гогот был полон скрытой горечи и самоиронии, то она выражала радость вполне искренне.
Мы сидели у пруда, пока хлеб не кончился. Утки еще какое-то время толпились возле, ожидая новых подачек. А потом легко и естественно переметнулись к другой парочке, что кидали крохи с противоположного берега.
Я поднялся, раздираемый не самыми веселыми мыслями. Мы вновь неторопливо двинулись по бесконечным дорожкам. Похоже, мое настроение передалось и спутнице. Юля по-прежнему держалась рядом, ухватив меня под локоток. Вот только от былой веселости и легкости не осталось и следа.
— Пожалуйста, не думай, что Андрей Андреевич — старый интриган, — выдохнула девушка, — Просто он не доверяет людям… сразу.
— Хм… А что же мне прикажешь думать?
— Он вовсе не плохой, — блондинка надолго задумалась.
Мы прошли, должно быть, метров сто, прежде чем она продолжила речь.
— Хочешь услышать сказку? — с преувеличенной бодростью воскликнула Юля, — Не слишком веселую и оригинальную, зато весьма правдивую!
Девушка скорчила загадочную физиономию и, не дожидаясь ответа, начала рассказывать протяжным речитативом.
— Жила-была маленькая девочка со своей матерью. Отец их бросил, а мать оказалась той еще стервой — пьющая, злющая, гулящая. Жилось девочке несладко, редко от людей видела она что-то хорошее. Нищета, голод, постоянные ссоры и побои. Впрочем, ничего необычного… Сколько таких девочек здесь, вокруг? Стоит, возможно, только посмотреть за угол?
Юля взмахнула рукой, обведя жестом прекрасный миролюбивый пейзаж. Глядя на теплое весеннее солнце, на широкую гладь воды, на суетливо галдящих уток и первую зеленую травку, мне вовсе не верилось в существование таких девочек. И все же… С рациональной точки зрения приходилось допустить, что их количество гораздо больше, чем должно бы быть в идеальном мире.