Несколько аристократов, одетых с иголочки, вышли на площадку, неловко переступая ногами.
Я снова шагнул вперёд.
— И ты хочешь поучаствовать? — с недоверием спросил один из мужчин.
— Почему бы и нет? — я усмехнулся.
Танцор начал двигаться, выделывая сложные пируэты. Аристократы старались повторить, но выглядели они как пингвины на льду. Настала моя очередь.
Я молча вышел вперёд… и просто сделал несколько эффектных движений в стиле полного экспромта. Что-то между азартной пляской шамана и вдохновлённой танцевальной импровизацией.
— Уууу! — радостно протянул кто-то из толпы.
Люди начали хлопать. Плюм, решивший присоединиться к веселью, подтянул свой шерстяной зад поближе, подстраиваясь под мой темп.
Ведущий рассмеялся:
— Вот это неожиданный участник! Кажется, у нас новый король танцпола!
Я поклонился под аплодисменты и, ухмыляясь, вернулся к фуршетному столу. Пока другие гости продолжали переваривать увиденное, я потянулся за очередной закуской. Вечер определённо становился всё интереснее.
Следующие конкурсы прошли без меня. Сомневаюсь, что местным аристократам будет приятно каждый раз проигрывать. И все-таки один обиженный нашелся.
Видимо, его гордость пострадала больше всех. После нескольких бокалов — или (судя по его шаткой походке) литров — он решительно направился в мою сторону, с выражением лица, которое граничило с неприязнью.
— Извините, барон, — его голос был слегка хриплым, но в нем отчетливо звучал вызов. — Не могу не заметить: вы в таком виде решились явиться на столь важное событие? Неужели для вас не существует ни малейшего уважения к виновникам торжества?
Я взглянул на него, не торопясь, не выражая ни изумления, ни обиды. Молодой человек был явно подшофе́. Его костюм, на контрасте с моими потрепанными штанами, сиял новизной и дороговизной. Но, честно говоря, мне было глубоко безразлично.
— Чем богаты, тем и рады, — спокойно произнес я, чуть поворачиваясь в его сторону, с неизменным самодовольным выражением. — Сомневаюсь, что моя одежда нанесет кому-то оскорбление, если уж мы об этом говорим.
Он нахмурился, а потом продолжил, явно рассчитывая, что это приведет к драке:
— Смешно, барон. Очень смешно. Я предполагаю, что ваш стиль… эксцентричен. Однако, возможно, вы забыли, что на таких событиях, как это, есть определённые нормы.
Я сделал паузу, обдумывая его слова, и не спеша поднял бокал с вином, отпив немного.
— Если вы хотите, чтобы я подстраивался под ваши нормы, — продолжил я, — пожалуй, вам следует первым делом пересмотреть их самому. Поскольку судить по внешнему виду — это, знаете ли, занятие для людей с узким кругозором. А вы, по-моему, человек более широких взглядов, не так ли?
Он закашлялся, явно не ожидав столь неожиданного поворота. Попробовал сказать что-то еще, но я уже развернулся, направляясь к фуршетному столику, словно его существование перестало иметь значение.
— Вам действительно стоит выпить ещё, — бросил я через плечо, — и, возможно, перестать искать того, кого можно поставить на место. Жизнь станет легче. И сама всё расставит по местам.
Парень некоторое время стоял с открытым ртом, но, очевидно, сообразив, что продолжать не имеет смысла, лишь раздраженно фыркнул и удалился.
После разговора с этим наглецом я решил, что лучший способ справиться с ситуацией — это плотно забухать. И, как водится, я быстро нашёл компанию таких же «готовеньких» людей, которые тоже решили, что эта свадьба отличный повод для веселья. Мы принялись пить, шутить, смеяться и вообще отрываться на полную катушку. Никаких сдерживающих факторов, только полное безумие.
Но, как часто бывает в таких ситуациях, веселье было нарушено внезапным вниманием. Я только начал чувствовать, как меня отпускает, как тут же на меня навели софиты. Я попытался отмахнуться, но яркий свет заставил зажмуриться. Ведущий, который, похоже, и не думал останавливаться, с энтузиазмом произнёс в микрофон:
— Господин Морозов! — ага, они уже узнали мою фамилию, ну конечно же! — Настала ваша очередь! Какой подарок вы подготовили молодым на их свадьбу?
«Подарок? Какой подарок⁈» — подумал я, внезапно почувствовав, как всё веселье куда-то испарилось.
Глава 4
На мгновение я застыл, будто каменное изваяние. Софиты, что пламенели на высоких перекладинах, слепили сетчатку. Я щурился. Толпа замерла, как стая голодных волков, только пьяных.
Подарок? В голове метнулась мысль:
«Моя лаборатория — возможно, уже лежит в руинах, в карманах 3000 рублей, ценность которых для меня не изучена, а эти идиоты хотят шедевр! Гребаные традиции свадебных церемоний! Ну что ж, сами напросились.».