Плюм, сидевший на плече, ткнул лапой в песок, словно говорил: «Смотри, вон та галька — идеально подходит для позорного артефакта».
— Гениально, — прошипел я, нагибаясь за обычным морским камнем. Он был тёплым, гладким и настолько невзрачным, что даже чайка не удосужилась на него нагадить.
— Артефакт «Страсть на века», — пробормотал я, впихивая в камень щепотку магии, всю иронию вселенной и каплю личной ненависти к свадебным ритуалам. — Работает по принципу «чем проще, тем выше либидо». Особенность: гарантированно срабатывает даже на трезвых парочках. Плодовитость обеспечена!
Плюм подул на гальку, и та зарядилась. Под фальшивые аплодисменты и шёпот я вручил камень жениху.
Со стороны толпы до меня донеслось:
— Он что, сумасшедший?
— Нет, просто Морозов.
Тем не менее жених взял мой подарок пальцами, будто поднял с земли дохлую мышь.
— Просто держите его… близко к сердцу, — подмигнул я, активируя артефакт мысленным пинком.
Камень вспыхнул розовым, как девица на первом свидании. Жених и невеста вдруг схватились друг за друга, словно два магнита в эпицентре урагана. Их поцелуй напоминал попытку проглотить лицо оппонента. Невеста вцепилась в его галстук, будто это спасательный круг, а жених, рыча, задрал её юбку, забыв про сотню свидетелей.
— О БОЖЕ! — завизжала тётка в шляпке с цветами.
— ЭТО НЕПРИЛИЧНО! — заорал старик, роняя монокль в шампанское.
Молодые, сплетясь в экстатическом танго, рванули к ближайшему кусту, снося по пути официанта с подносом канапе.
— Вот это подарок! — заорал ведущий, покрасневший, как рак в кипятке. — Непредсказуемо! Эротично! Гениально!
Я усмехнулся, поправляя свитер. Слабо. Если здесь такой пустяк вызывает восторг — мои истинные артефакты снесут им крыши. Но светиться рано. Пусть думают, что это фокус провинциального шарлатана.
Плюм, превратившийся в мини-дракона, фыркнул дымом мне в ухо, как бы говоря:
— «Хозяин, ты мог бы хотя бы рубин в камень вставить. Это же позор!»
— Не ерничай, — прошипел я. — Пусть радуются, что не получили голема из унитаза.
А в кустах уже раздавались стон, хруст веток и восторженное:
— ДА, МИЛЫЙ, ИМЕННО ТАМ!
Гости, забыв про приличия, лезли на столы, чтобы лучше видеть «шоу». Один из аристократов упал в фонтан, крича:
— Я ЗА ТАКИЕ ПОДАРКИ ГОЛОСУЮ!
Плюм прыгнул на землю и начал гоняться за брошенным камнем, будто это была волшебная мышь. А я, потягивая коньяк, думал: «Интересно, сколько продлится эффект? Час? Два? Или они умрут от истощения?»
Но это уже были их проблемы. А мне необходимо было веселиться и дальше. Я уже чувствовал, как духовные силы начинали восстанавливаться. Блуждая от столика к столику, я постепенно завоевал расположение всех гостей на свадьбе. Это было нетрудно, учитывая мою огненную харизму. Многие даже внимания не обращали на мой внешний вид. У пьяного человека всегда взгляд направлен внутрь, а не на одежду. Тем не менее, Плюма разглядеть ни у кого не получилось. Его маскировка была выше всяких похвал.
В общем итоге, вечеринка взорвалась, как бочка с порохом. Вино лилось реками, затопившими даже принципы приличия. Аристократы, забыв про горделивую осанку, теряли парики в море. Один граф в камзоле прошлого века, утопился в салате «Оливье» — его усы торчали из майонеза, как антенны из мусора.
Тётки в бриллиантах, тяжелее их совести, отплясывали энергичный танец с официантами. Кажется, в этом мире он назывался «лезгинка». Один лакей, подхваченный дамой в шляпке с гусиным пером, кружился как волчок, держа поднос с шампанским выше головы — будто священную чашу на магическом ритуале.
— Эй, Барон! — пьяный граф в треснувшем пенсне, похожий на сову после удара током, тыкал в меня бутылкой «Шато де Веньер». — Ты… ты гений! Сделай мне артефакт… для… э-э-э…
Он замер, будто его мозг застрял между «хочу» и «не помню чего».
— Для увеличения чего-нибудь? — подсказал я, наблюдая, как Плюм стаскивает парик с лысого купца. Тот, не заметив потери, продолжал целовать статуэтку Аполлона, приняв её за жену.
— Точно! Для… ума! — граф ткнул себя пальцем в лоб, чуть не выколов себе глаз.
— Поздно, друг. — Я хлопнул его по плечу так, что он чуть не рухнул в фонтан с карпами. — Тут даже магия бессильна. Попробуй не пить годик — вдруг поможет.
Рядом маркиза в платье с кринолином, напоминавшем перевёрнутый торт, пела похабные частушки под аккомпанемент разбитой виолончели. Её супруг, прижав к груди вазу с фруктами, рыдал: