— Господа, я отыскал несколько наших братьев. — с этими словами я выудил из сумки Бездны обломки мечей. — Возьмите. Это все, что от них осталось. Похороните с почестями.
Мужики с мрачным видом кивнули, приняли мою ношу и слегка поклонились. Никому из них не хотелось, чтобы их тела после смерти коптили чужую землю. А так, они хоть могли упокоить души товарищей в родных краях.
— Благодарим. — бросил коренастый. — Сделаем все в лучшем виде.
— Бывайте! — я махнул рукой и направился в сторону своего чоппера. Через минут сорок я уже был в городе, в торговом квартале.
В лавке Киры пахло не только ладаном и кровью. Сегодня в воздухе витали нотки жасмина — хозяйка, оказывается, пыталась замаскировать запах свежеразделанного монстра. На полках среди обычных диковинок красовались новинки: стеклянный шар с бурей внутри, связка сушёных языков и даже пара гигантских глаз в банке с оранжевым рассолом.
Я молча выгрузил перед ней на прилавок все, что смог добыть на той стороне.
— Череп древнего теневика… — Кира подняла находку, и глазницы черепа вспыхнули синим. — Его возраст… Да тут целые эпохи записаны в костном мозге! А эти клыки умертвий — чистейший некротин, один грамм стоит целое состояние!
Девушка внимательно посмотрела на меня и налила мне бокал холодного вина:
— Где ты все это нашёл?
— В гостях у смерти, — я потягивал её вино — густое, как кровь, с послевкусием черники. — Она оказалась радушной хозяйкой.
Кира фыркнула, сгребла все трофеи под стойку и стала набирать что-то на своем смартфоне. Через минуту мне поступило уведомление. На счёт планшета уже падали цифры, заставляя мое сердце биться чаще. Когда сумма перевалила за полтора миллиона, она достала визитку из потайного ящика. Бумага была тёплой на ощупь, а золотое тиснение изображало спираль — знак избранных клиентов.
— На всякий случай, барон, — томным голосом сказала она и протянула карту, её ноготь, выкрашенный в цвет крови, на секунду коснулся моей ладони. — Знаю, я повторяюсь, но помните… Для вас… особые условия. У нас ведь не один магазин, а целая сеть. С этой картой вам будут предлагать только лучшие цены.
Плюм, тем временем, устроил пир в углу. Он превратился в помесь хорька и осьминога, чтобы одновременно жрать жареные пирожки и красть шоколадные конфеты из соседней корзины.
Ну, а мне вдруг захотелось пройтись по торговому кварталу и посмотреть, чем тут живут местные артефакторы.
Глава 13
Побродив по улице, я наткнулся на интересное место.
Я толкнул дверь, и колокольчик над головой звякнул так громко, что Плюм, сидевший у меня на плече воробьём, вздрогнул и превратился в ежа. Лавка «Тайное ремесло» встретила меня вонью серы, горелой меди и чем-то сладковато-гнилостным — будто под полом закопали несколько трупов. Полки тут напоминали свалку: кристаллы с трещинами, склянки с мутной жижей, ржавые доспехи, из которых рос гриб-поганка. На потолке болтались связки сушёных корней, шевелящихся, как щупальца.
«Ну, и бардак, — подумал я, оглядывая лавку. — Как эти люди вообще тут что-то делают? Хотя… Я мог исправить этот балаган. Артефакторика в этом мире находилась на зачаточном уровне. И, кто как не я, должен был это изменить? Интересно, сколько ещё таких „мастеров“ по всему городу?»
У дальней стены три человека копошились вокруг чёрного камня… Лунный осколок. Редкая штука. Старший, бородач с лицом кузнеца, занёс над ним молот. Я не сдержался:
— Эй, вы что, его бить собрались⁈
Все обернулись. Подросток в прожжённом фартуке выронил щипцы. Женщина с ожогами на щеках попятилась. Бородач нахмурился:
— Энергию высвобождаем. Щит делать будем.
— Щит? — я фыркнул, выхватывая камень из его рук. — Из лунника иллюзии плетут, а не в крошку крошат!
«Боже, как же они вообще выживают? — мелькнула мысль. — Это же элементарные основы артефакторики! Хотя… если подумать, в этом мире артефакторика — это скорее ремесло, чем наука. Никто не учит их правильно работать с энергией. Ну что ж, придётся просвещать.»
Провёл пальцем по грани — серебристая дымка внутри ожила, завертелась спиралью. Мастера ахнули, когда камень расслоился на пластины, тонкие как пергамент. Одну швырнул в стену — та зависла, отразив не лавку, а ночное море: волны, луна, корабль с рваными парусами.
— Иллюзия поглотит удар и вернёт вдесятеро, — пояснил я, собирая пластины в сумку. — А ваш «щит» рванул бы через пять минут.
«Хотя, если честно, их щит бы и пяти минут не продержался. Лунный камень — штука капризная. Если его неправильно активировать, он просто взорвётся, и от мастера останется только дымящаяся яма. Ну, хоть я их от этого спас.»