Я медленно откусил пирожок, раздумывая, стоит ли их пожалеть… и решил, что нет.
— Ну, молодцы, что пришли, — усмехнулся я. — Судя по вашему виду, утро у вас выдалось незабываемым.
Троица лишь обреченно вздохнула, видимо, морально готовясь к предстоящему «учению».
— Прекрасно выглядите, господа! Настоящие аристократы. Готовы к первому уроку?
Они издали сдавленные стоны, но спорить не решились.
— Сегодня вы будете ловить кур.
Впервые за утро они проявили хоть какую-то активность. Голицын перестал тереть виски. Волконский прищурился. Зубов даже дернулся, будто решил, что ослышался.
— То есть… кур?
— Да. Живых, пернатых. Бегающих быстрее вас.
— И… зачем? — спросил Голицын, явно опасаясь ответа.
Я снисходительно вздохнул:
— О, всё просто. Это тренировка на ловкость, скорость реакции, выносливость и координацию. Курица — хаотичное создание. Её трудно предсказать, как и удар противника. Вам нужно научиться двигаться быстро, думать быстрее и, главное, не бояться выглядеть идиотами.
Зубов хмыкнул.
— И что, просто ловить их?
— Нет, — я ухмыльнулся. — Пойманную птицу вы должны держать на вытянутых руках. До тех пор, пока не выдохнетесь или не выдохнется курица.
— Ты смеёшься? — Волконский выглядел так, будто передумал учиться.
— Разве я похож на человека, который шутит?
Судя по их лицам — нет.
— Ах да, чтобы вы не халтурили…
Я громко свистнул, отчего больные головы «учеников» взорвались незабываемыми ощущениями, а из дома вышел мой Утюг, зловеще сверкнув начищенной поверхностью.
— Вот вам Утюг. Он проследит, чтобы никто не халтурил.
Троицу передёрнуло. Ещё бы! Утюг любил своё дело. Он уже угрожающе завис в воздухе, подрагивая, словно собирался пустить в кого-то разряд магии.
— Приступайте.
Я оставил их наедине с курицами, которых немногим ранее доставили прямиком из Морозовки, и направился к завтраку. Пока я с наслаждением уплетал горячие пирожки, ко мне вновь подошёл дворецкий.
— Барон, неплохо бы оплатить долг господину Караваеву. Сроки подходят.
Я лишь кивнул, сдерживая ухмылку. О, у меня были деньги. Свеженькие, только что вынутые из бара. Этого было более чем достаточно, чтобы покрыть «платёж».
Закончив трапезу, я встал из-за стола и направился на выход.
Выйдя во двор, я лениво окинул взглядом «учеников». Те носились за курами, спотыкаясь, падая и матерясь вполголоса. Картина маслом: «Дворяне познают жизнь крестьянства». Я даже улыбнулся.
Но радость моя была недолгой. Подойдя к навесу с мотоциклами, я увидел… руины. Вчерашний мотоцикл был разбит. Нет, не просто разбит — его можно было сдавать на металлолом без подготовки.
Я обошёл останки, аккуратно их осмотрел и задумался.
— Как я вообще доехал до дома?..
В голове — пустота. Не тёмная, зловещая бездна, а просто… пустота. Ни одного воспоминания. Я вздохнул и мысленно сделал пометку: не ездить пьяным за рулем. Жив остался — и то хорошо.
К счастью, у меня был второй мотоцикл. Гениальная покупка. Сев за руль, я достал телефон и выставил маршрут до главного офиса Караваева.
— Вперёд, навигатор, веди меня к этому чудесному человеку, которому я вот-вот испорчу день.
Двигатель рыкнул, и я отправился в путь.
Я без приключений доехал до нужного здания — высокого, массивного, с фасадом, отливающим мрамором. Люди всегда любили такую роскошь, которая навевает ощущение силы и власти.
Зайдя внутрь, я оказался в просторном холле, где царила идеально выверенная атмосфера — чистота, стиль и ощущение, что ты никому здесь не нужен, если не пришёл с мешком денег. Это место было словно храм, и его жрецы, без лишних слов, судили, кто достоин войти, а кто — нет.
На ресепшне сидела симпатичная девушка в строгом костюме, с аккуратно собранными волосами и лёгким ароматом дорогих духов, который мгновенно ударил в нос. Её взгляд был на редкость профессионален — ни намёка на лишнюю любезность.
— Доброе утро! Чем могу помочь? — её улыбка была безупречной.
Я тоже улыбнулся. Шарм, обаяние, мягкий голос — для таких девушек я всегда был готов выдать свой лучший номер. Но внутри меня начинала прокрадываться привычная, раздражающая мысль: «Ты просто одна из тех, кто сдает свою душу за роскошь.»
— Мне бы к Караваеву. По делу.
Она кивнула и принялась нажимать на кнопки, связываясь с начальством. Я заметил, как её лицо на мгновение слегка напряглось, как только я назвал фамилию. Приятно ощущать, что даже здесь мои слова имеют вес.