— Вижу, господин хочет купить что-нибудь особенно красивое для своей госпожи, ведь она у него красавица, каких мало на свете! Да, все польки очень красивые женщины! — Решив, видимо, что Арсений поляк, Коля продолжал свою рекламную речь: — У меня у самого жена полька. О, она знает настоящую цену красивым вещам! Так что господин хочет купить?
На помощь Арсению, который не знал, что сказать и как отвязаться от дяди Коли, загородившего ему путь, пришла Алиса. Она взяла Арсения под руку, повела дальше. Арсений не оглядывался, но затылком чувствовал, с какой презрительной миной на обрюзгшем лице смотрел ему вслед Коля, который, видимо, прибыл сюда из Одессы, чтобы иметь здесь свой бизнес, свои миллионы в банке. Пока что, по всему видно, дела у мистера Коли идут не очень успешно, но он, должно быть, не теряет надежды, что будет иметь самый современный универсальный магазин в центре Нью-Йорка. А его дети, если родились в США, могут, по конституции, стать президентом Америки. Перспектива! Хочешь не хочешь, голова пойдет кругом.
Арсений облегченно вздохнул, когда они наконец выбрались из этого иммигрантского рая. Потерял ориентацию: где искать машину? Но Алиса уверенно шла вперед не останавливаясь. Возле одного магазина лишь замедлила ход и глазами показала на здоровенного негра, который, как монумент на постаменте, стоял опираясь на большую дубину, похожую на большущий пест. Этот страж не видит, кто и что стащил в магазине, где, как в разворошенной муравьиной куче, кто-то и что-то куда-то тащит, но уже сам вид его, должно быть, заставляет беречь свои ребра и профессиональных воров, каких тут больше, чем покупателей.
На лобовом стекле машины, прижатая щеткой, белела свернутая вчетверо бумажка.
— Вот и квитанция на штраф! — сказал Всеволод Тихонович. — Видите, как оперативно?
— Всеволод, давай поедем на набережную, там найдем место для машины и погуляем, — предложила Алиса.
— Не забывай, Алиса, что сегодня суббота, на набережной людей больше, чем в обычный день. Место для машины надо искать где-нибудь в узкой улочке Уолл-стрит, потому что клерки сегодня отдыхают, значит, там меньше транспорта, — заметил Всеволод. — А вообще ты права: вблизи набережной лучше было бы остановиться. Туда мы и поедем, может, повезет. Положил же мистер Коля в банк миллионы! Ого, повезло! Освобождается место. Прямо как в лотерею выиграли! Давайте поставим машину, выпьем кофе, а потом уж пойдем бродить. Принимается мой план? Чудесно! Тогда — вперед, на штурм небоскребов! Вот эти два «бруска» — тут торговый центр ньюйоркцы называют Близнецами. Выпьем кофе и сразу отправимся туда. Так, может, в этот кафетерий зайдем? — остановился Всеволод Тихонович возле здания из алюминия и стекла.
— Идемте! — согласилась Алиса и направилась к дверям, которые сами бесшумно открылись. Она засмеялась, взглянула на Арсения: — Приветливо встречают, правда? Вот так всюду, где дорого! Тут чашечка кофе в несколько раз дороже, чем в кафетерии возле нашего дома.
Выпили кофе из позолоченных внутри и легких, как лепестки тюльпана, чашечек. И хотя кофе действительно был дорогим, но вкусным и душистым. Пошли неширокими улочками к Близнецам.
Строение обычно издали кажется красивым, а вблизи просто поражает своими размерами. Запрокинув голову, Арсений смотрел на верхний этаж, окна которого казались такими маленькими, как иллюминаторы самолета. Вошли в фойе, отделанное алюминием и белым мрамором. Очередь на лифт, который поднимал на сотый этаж (всех — сто десять), была небольшая. Билеты на смотровую площадку продавались тут же. Арсений взял буклетик и не успел прочесть его коротенький текст, как очередь двинулась в лифт. Собственно, в большую комнату, в которую заходило, видимо, человек тридцать.