Все, что сказано здесь о военных обычаях тех, кто пришел с Востока, звучит так же в суждениях Цезаря, Тацита и Марцеллина.
Описанная летописцем ситуация не может не вызывать интереса. Ведь именно к рыцарским доблестям, которые сделаются популярными благодаря «песням о деяниях», относятся свободолюбие, смелость, пренебрегающая соображениями безопасности, чувство семейной и дружинной солидарности, обязанность воздавать местью за смерть погибшего товарища, презрение к трусости и смерти. Столь же рыцарскими являются и «недостатки», которые дадут о себе знать спустя, судя по хронологии историков, целые столетия: неосторожность, чрезмерный пафос, чередование эйфории, бешенства с упадком настроения, неспособность переносить физические лишения в сочетании с неумеренностью, жаждой обогащения, являвшейся обратной стороной, как хорошо известно этнографам, цивилизованности, при которой общественные отношения строятся на «культуре дарения», и, наконец, переоценка физической силы в ущерб тактическому маневрированию. Целые поколения средневековых авторов, особенно живших в XII–XIII вв., приложили немало усилий, чтобы пропагандировать куртуазный идеал «меры», восходящий к учению Аристотеля и Цицерона, вывести на первый план значимость таких жизненно важных добродетелей, как осмотрительность и умеренность. Им так хотелось преодолеть «недостатки» рыцарского сословия. Однако все труды их оказались напрасными.
Заметим, как только в среде историков возникает диспут о том, почему конные варвары с Востока, смогли неудержимым цунами смести всю западную цивилизацию, перемолоть все армии, вставшие на пути, от диких племенных отрядов германцев, кельтов и других до вышколенных византийских войсковых соединений, тут же возникает короткое слово ЛУК. Лук. Этим сказано все, и все оправдано. Некое сверхоружие, которым владели конные кочевники, и не владели такие продвинутые в военном отношении страны и империи, создавшие все древние цивилизации Запада. «Аварское» оружие проникало на Запад, а вот лук так и не привился. Мало того он практически не использовался в сражениях средневековья в этом регионе. В чем причина весьма ограниченного использования лука и варварскими племенами и регулярными армиями, затормозившая совершенствование этого вида оружия на Западе? Скажем сразу, и на Востоке, где лук был обычным оружием, наблюдалось то же самое. Везде за исключением знаменитой Орды и не менее знаменитых венгров. В этих воинских структурах лук был основным боевым видом оружия. А вот на Западе сражение обычно носило характер поединка с применением копья и меча. Весьма вероятно, что замена народного ополчения профессиональной военной элитой в эпоху имперской экспансии приостановили усовершенствование и распространение лука, который, хотя бы в силу своей невысокой стоимости, относился к разряду народного оружия в местах постоянного базирования армии конных кочевников. Быть может, у дружинников, привыкших к поединкам, выработалось отчасти презрительное отношение к луку. Такое же отношение к луку получило распространение и в золотую эпоху рыцарства. В этой связи следует отметить противоречие между различными источниками. Законы Айстульфа предусматривали использование боевого лука. Однако иконографические и археологические источники показывают воинов, вооруженных круглым щитом, шлемом, копьем и коротким мечом. Лук вообще отсутствует. Разрешить проблему можно, если принять во внимание не только хронологическое, но и типологическое несоответствие этих источников. Иконографические и археологические источники (в основном находки из захоронений) имеют ярко выраженный культовый характер местных племен. Завоеватели как мы знаем, своих воинов сжигали. Отсутствие лука может означать, что это оружие не было разрешено к использованию у покоренных народов, что, однако, отнюдь не исключает его применения на практике у завоевателей. Необходимо также учитывать, что законы Айстульфа были обращены к воинам действующей армии, для которых боевой лук являлся одним из предметов экипировки.