Будучи человеком набожным, Якоб Богач несколько лет пробыл в духовном звании, однако со временем он все же поддался искушениям сего грешного мира и занял при своем брате Ульрихе то место, которое полагалось ему по семейной иерархии. Уход от духовной пищи не помешал ему при этом использовать свой шанс и связи в касте духовенства. Одним из источников обогащения Фуггеров был денежный сбор с индульгенций, есть мнение, что и сами индульгенции были запущены в оборот с их помощью и по их наущению. Кроме того, они держали на откупе чеканку ватиканской монеты.
Отказавшись от торговли пряностями, он же решительно повернулся к горному делу и организовал в небывалых еще масштабах разработку венгерских залежей серебра и меди. Эта промышленность, сочетаясь с торговлей в Индиях и банковским делом, которое Якоб Богач развернул по всей Европе, позволила придать семейному предприятию воистину международное значение.
В это же время Империя уже шаталась и расползалась под пальцами тех, кто еще пытался ее сдержать. Что касается народа, ремесленников и крестьян, то нищета их уже стала поговоркой. На этой нищете пышным цветком распустилась идея сепаратизма и поднялась волна борьбы против него. Сотнями тысяч монахов множились монастыри, полыхал красным полотнищем все искупляющий костер святой инквизиции.
Западная часть Империи была подведена под руку единого наместника – короля Испании и императора Германии Карла V. Он мечтал о единой монархии, единой семье народов, во главе которой стоял бы один светский государь и духовный отец, некий новый король-священник. Только один на весь западный мир, достойную часть мировой Великой Империи. В то время Васко-Нуньес Бальбоа водружает стяг Кастилии на берегах Дариена, Кортес – в Мексике, Писсаро – в Перу. Великая Империя расширяет свои пределы. Казалось, с такими «объединениями» земель под эгидой Испанской Короны, под рукой одного западного управителя должен был наступить мировой «глобализм» средневековья, а люди зажить счастливо, но…
Дворянство жаждало новых «рыцарских подвигов». Но червь соперничества и сепаратизма точил Империю изнутри. «Рыба гниет с головы». На этом пути всеобщего счастья Карл V встретился с соперником – королем французским, наместником галльским, главой многочисленного и не менее воинствующего французского дворянства. Оно тоже жаждало «подвигов» и воспевало доблесть «крестоносцев», которым всячески пыталось подражать. Таков смысл гражданских войн этого периода, имеющих название «итальянских», в результате которых под власть Испанского короля попал ряд земель в Северной и Средней Италии. Также, состоялся ввод войск в Нидерланды, после чего эта страна мельниц и тюльпанов пополнила собой испанские владения.
Политическая идея всезападной монархии, лелеемая Карлом V, была чистой воды сепаратистская идея раскола Великой Империи на две. На Восток и Запад. Была первым шагом в пропасть и дорогой к краху всей системы. Сама «Священная Римская Империя германской нации», состоящая из столь разрозненных частей, как Германия, Италия, Нидерланды, была скорее призраком, чем реальностью.
Немецкие курфюрсты, которые избрали Карла императором этой призрачной империи, заявили ему во время коронации в Аахене 23 октября 1520 года: «Помни, этот трон дан тебе не по праву рождения и не по наследству, а волей князей и курфюрстов Германии». В общем-то, и трон и корону Карл купил. Купил у тех же самых пресловутых курфюрстов. Вещи явно были не из «Секонд Хенда» и выложить за императорскую корону пришлось немалую сумму. Тамплиеров уже пожгли, и на сей раз суммы выплачивались финансовым агентом Великой Империи, знаменитым банкирским домом Фуггеров. Глава этого дома Якоб Фуггер имел полное основание писать Карлу V: «Ясно, как день, что без моей помощи вы, ваше величество, не могли бы получить императорскую римскую корону». Заметьте Фуггер, точно знает, что Карл получает корону империи завоеванных земель, то есть римскую. Подробно об этом в книге «Средневековая империя евреев» в главе о Варварских Правдах. Августейший дом Габсбургов (Главных над городами) взошел на императорский римский престол. Якоб заплатил электорам 544.000 флоринов, не считая векселей, подлежащих оплате после выборов. И он сумел с величайшей ловкостью возместить свои щедрые расходы, не прося даже у самого кандидата никакой формальной гарантии. В благодарность за это могущественнейший суверен Европы пожаловал ему среди множества прочих милостей откупы с обширнейших владений, которые принадлежали в Испании рыцарским орденам Калатрава и Алькантара, аренду альмаденских ртутных копей и разработку серебряных залежей на Гвадалквивире.