Но, все эти инновации, что были предложены миру и обществу, в том числе и хронология, исходили из того, что, прежде всего, все должно согласовываться со святым писанием, формировавшимся в то же время. Но об этом позже. Графтон описывает, как Фрежвилль (1582) настаивал, что хронология никогда не должна опираться на светскую историю, а токмо использоваться для обоснования и подтверждения династий царей и событий из Библии. Он также сообщает о гневе Вико, поскольку «Скалигер и Петавиус, со всей их огромной эрудицией, пошли по неверному пути, посвятив себя хронологии вместо антропологии. Вместо того, чтобы фиксировать астрономически точные датировки ранней истории, им следовало восхвалять мифический характер сказок, сохранивших ее». Все должно было работать на выявление точки отсчета, который было принято рождение Христа.
А вот уже на этой базе, на этом идеологическом черноземе и заколосилась сама Реформация. Реформация. Выбор веры, притом веры такой, какой мир еще не знал, веры не то чтобы нужной, необходимой, а удобной каждому выбирающему, как ботинки, чтоб не жала и воду не пропускала. Желательно, что бы не чистить и стоила бы подешевле, такой гуманистический, просветительский подход. Началось все с борьбы. Ну, конечно же, с евреями и их Талмудом, то есть с жесткими централизованными законами и инструкциями.
Реформация набирала силу, протестантство устраивало всех. Вера, отошедшая от центральной власти, вера на своем языке и по своим обычаям, вера для бюргера, озверевшего от свободы, свободы от господина и порядка. Такая вера была нужна всем: наместникам, ставшим королями, крестьянам, не желавшим платить налоги, купцам, задолжавшим по кредитам, наемникам, нахлебавшимся крови, духовенству, хотевшему быть голосом Божьим на земле, притом каждому в своем месте. Впервые пришла Революция – преобразование, и она требовала новой веры.
А каким высоким штилем излагалась задача разрушения старого. Здесь имеет смысл привести слова основателя романтического направления в литературе Германии барона Гарденберга, известного под псевдонимом Новалис «инсургенты, которые назывались протестантами в союзе с филологией и рациональной библейской экзегезой лишили Европу бога и подняли разум в ранг евангелистов». Ему вторил и развивал его идеи в своих многочисленных произведениях литератор, публицист и философ Фридрих Шлегель. Исходным пунктом и лейтмотивом всех его сочинений является лозунг «Возвращение к порядку!»: «просвещенный народ, вся энергия которого уходит на мыслительную деятельность, утрачивает вместе с темнотою и свою силу, и тот принцип варварства, который является основой всего великого и прекрасного».
Все изменения идут в соответствии с «народным духом» вторили им пропагандисты сепаратизма. А главные сепаратисты примеряли на себя каждый ту веру, какая ему была по нраву, по нутру, по той колодке, что сам выстругал.
Германцам – лютеранство, швейцарцам – кальвинизм, англичанам – англиканство, и так это всем понравилось каждому свою веру иметь доморощенную, что наплодили на костях единой веры аж 28 новых вер. Вот такое было преобразование – Реформация по научному, выбор веры по-нашему.
Хотя честь и хвала тем, кто впереди, зачинщикам и проводникам новой веры. Даже когда это еще ересь, и когда тебя судят надо иметь смелость сказать: «На том стою и не могу иначе. Да поможет мне Бог. Аминь!», как это сделал Лютер, тогда твоим именем назовут Новую Веру, но тогда ты сам должен соответствовать новой вере в этом то и вся диалектика.
Парад суверенитетов
При всей кажущейся благополучности Великая Империя разрушалась. Многие считают, что она рухнула в одночасье. Нет. Она медленно умирала. Сначала ослабла железная хватка воинской касты. По ряду причин: одни ушли за моря осваивать новые земли, другие осели в завоеванных уделах, третьи перешли на службу к наместникам и финансистам. Стала менее суровой каста духовенства, вследствие смены Веры, и более сытой жизни. Пошатнулась вера в старых богов и вера в старых жрецов. У власти, потеснив первые две касты, утвердилась каста кормильцев – представителей новых образований – городов. Болезни и эпидемии прошлись Черной Смертью по землям Империи. Новая экономическая политика, направленная на усиление централизма, снизила жизненный уровень населения и как следствие вызвала новую волну мятежей и эпидемий, подавленных жестоко. Пытаясь удержать неминуемый крах, ослабленная центральная власть шла на уступки, давая поблажки провинциям в их самостоятельности. Первый раскол произошел по линии метрополия – завоеванные провинции. В книге «Средневековая империя евреев» мы уже высказывали версию, что римскими провинциями назывались провинции, где жило завоеванное, покоренное население. Для этого населения даже законодательство было свое. Это знаменитые Варварские Правды с добавлением «римские». Например, Бургундская Правда (Lex Burgundionum) и специальная Бургундская Правда для римлян (Lex Romana Burgundionum), или Вестготская Правда для римлян (Lex Romana Visigothorum). Таким образом, первой частью, еще не отошедшей от Великой Империи, но уже имеющей некоторую самостоятельность стала Римская Империя. Священная Римская Империя германской нации (Sacrum Imperium Romanum Nationis Teutonicae). Про ее дубликаты и оригиналы уже исписано столько листов и опубликовано столько работ, что мы этот вопрос рассматривать не будем, а позволим себе отослать интересующихся к книгам Новой Хронологии. В нашем же расследовании обратим внимание на неточность перевода. По-латыни она называется Сакральной Империей Нации Тевтонов, а это не одно и тоже, потому как если германской нации, то уж так и пишите. Но если так написать получится, что это Империя кровников, так как «германский» в переводе с латыни означает «родной, единокровный». А кровниками, как мы с вами уже изучали, назывались дружинники в войске, потому что давали кровную клятву и были побратимами. Отсюда удивительный вывод. Это была Империя кровников (воинов) на завоеванных (римских) землях. Именно поэтому в латинском варианте ее так оставлять было нельзя и применили замену Тевтонской (Teutonicae) нации, чтобы в глаза не лезло. Притом, как я понял, все это свершилось сейчас, когда уже и тевтоны, члены Братства Марии Тевтонской не возразят и про германцев никто не вспомнит. Но, может быть, мы ошибаемся? Обратимся к авторитету. Дж. О. Томсон в своей «Истории древней географии» пишет «Любопытен вопрос о названии «германцы», которым никогда не пользовались сами «германцы» и происхождение которого не ясно. Кельты называли «германцами» группу соседних с ними племен, пришедших в Бельгику из-за Рейна. По всей вероятности, это и были «германцы», которые там ассимилировались с кельтами, правда, Цезарь как будто считает их кельтами, а ряд исследователей, например Мюлленгоф, и до сих пор рассматривает их как кельтов, вторгшихся сюда со своей первоначальной родины. Как бы там ни было, именно от этой группы название «германцы» было распространено на Германию, и возможно, что это было сделано уже Посидонием, который, в таком случае, пересмотрел свое прежнее мнение о кимврах и тевтонах. Цезарь настойчиво утверждает, что «германцы» ни по языку, ни по религии, ни по обычаям не похожи на кельтов. Если «германцы» не заняты войной, они посвящают много времени охоте; они занимаются скотоводством и в гораздо меньшей степени земледелием, причем земля ежегодно перераспределяется, чтобы частная собственность не ослабила воли к войне и не вызвала бы зависти и распрей (вернее будет предположить, что племя каждый год отводило часть земли под посевы, а остальную землю оставляло под общественное пастбище). В торговцах «германцы» почти не нуждаются, за исключением тех случаев, когда им нужно продать свою добычу, и только убии, вовлеченные в торговлю с Галлией, ввозят вино. Эти рослые, белокурые и выносливые варвары целомудренны в юности и строго соблюдают правила гостеприимства». Оставим на совести историка, что кельты называют соседей на латыни и отметим, что он очень точно подчеркнул, что это воины пришедшие из-за Рейна «ни по языку, ни по религии, ни по обычаям» не похожие на местных жителей и занятые войной и охотой. Что мы с вами и говорили.