Он сыграл важнейшую роль в подготовке 2-го Крестового похода; в многочисленных проповедях Бернард благословил создание духовно-рыцарских орденов. Монашество представлялось Бернарду единственным нравственным ориентиром для общества и церкви: «нет никого на земле, столь подобного сословиям ангелов, никого, кто был бы ближе… Небесному Иерусалиму, красотой ли целомудрия или жаром любви». Современник, оценивая плоды трудов Бернарда, восклицал: «Мир стал цистерцианским!» – вот таков вдохновитель, как о нем сказано в энциклопедической статье, создания новых структур.
Он очень образно сформулировал принципы ее построения. Дадим слово самому учителю Церкви. «Гиппократ и его последователи учат, как сохранить жизнь в этом мире; Христос и его ученики – как ее потерять. Кого же из двух вы избираете своим учителем, за кем будете следовать? Не скрывает своего намерения тот, кто станет так рассуждать: такая-то пища вредна глазам, от такой-то происходит боль в голове, в груди или в желудке. Разве вы в евангелиях или у пророков читали об этих различиях? Конечно, нет; плоть и кровь открыли вам эту истину… Разве я обещал излагать вам Гиппократа и Галена, или беседовать с вами о школе Эпикура? Я – ученик Христа и говорю с учениками Христа; если я введу сюда чуждое ему учение, то сам согрешу. Эпикур и Гиппократ предпочитают: один – наслаждение плоти, другой – ее сохранение; мой Учитель наставляет, как презирать и то, и другое…»
Настаивал Бернард и на неукоснительном соблюдении еще одного монашеского обета – бедности. В одной из своих рождественских проповедей он так объясняет рождение Христа в Вифлееме: «Может быть, кто-нибудь полагает, что Ему следовало бы избрать для Своего рождения величественный чертог, где Царь Славы был бы принят с великой славою; но не ради этого Христос сошел со Своего царственного жилища. Богатства и славы на небесах вечное изобилие, но одного там не обреталось – бедности. Зато на земле ее было много и слишком много, но человек не знал ей цены. Бедности именно и пожелал, сходя на землю, Сын Божий, чтобы, избрав ее для Себя, Своею оценкой сделать ее нам драгоценной…»
И третий обет не забыл святой Бернард: «Своя воля в человеке – источник греха и всякого нравственного зла. Поэтому собственная воля человека так ненавистна Господу, что делает для Него противными все жертвы людские, вследствие яда, который она к ним подмешивает…».
Точно сформулированные принципы основы создания и существования структуры выполнения воли центральной власти. Вечно живущая триада: ЦЕЛОМУДРИЕ, БЕДНОСТЬ, ПОСЛУШАНИЕ. Основа, основ преторианцев, Божьих Дворян, Псов Господних. На этих трех китах и строилось воспитание вновь создаваемой силы.
Не лишне будет напомнить, что по традиционной исторической трактовке, военно-монашеские ордена образовались в Иерусалимском королевстве крестоносцев, после окончания Первого крестового похода и взятия Иерусалима в 1099 году объединенным войском крестоносцев с благословения папы Урбана II. Произошло данное событие после принятия решения о преломлении копья о земли неверных, прозвучавшем на соборе в Клермоне в 1095 году.
Все эти подробности известны нам после выхода знаменитой работы придворного хрониста Людовика XIV – Луи де Мембура, который и назвал, вышедший в 1675 году, фолиант «История крестовых походов». Даже сами термины «крестовый поход» и «крестоносец» были впервые применены им. Рассказ о том, как неистовый папа Урбан раздавал матерчатые кресты, а народ с криками «Этого хочет Бог!» нашивал их на одежду, относиться к поэтическим вымыслам. Так как, даже по официальной истории церкви, нашивать крест на одежду разрешили в 1146 году специальной папской буллой и то только рыцарям знатной крови и представителям орденов.
К моменту же Детских крестовых походов питомник воспитания кадров имперского уровня переместился гораздо ближе, в тот самый «позорно» захваченный Константинополь или Царьград. Вот туда и вывезли около 50 тысяч учеников этих походов. Этого вполне хватило, чтобы через пять-десять лет начать массовую застройку Европы городами. Разово было заложено около 3000 городов. Так что не так уж много специалистов пришлось на каждую стройплощадку, всего-то чуть более полутора десятка. Так сказать, ядро главных специалистов с начальником стройки и главным прорабом. А если принять во внимание еще и строительство мостов и дорог, то и того меньше. Так что, вот и весь секрет, куда делись маленькие крестоносцы.