Вернемся к положению евреев в Англии и к отношению к ним со стороны английской короны. Здесь евреи практически с самого начала этого периода выступают не столько как торговцы, за исключением создания Лондонской Ганзы, сколько как банкиры и ростовщики. Соответственно с этим именно в Англии ранее, чем где-либо, они признаются и декларируются исключительной собственностью империи, соответственно и короны. «Евреи, – говорит Кеннингэм, – появились в Англии и жили на положении простой собственности, пользовавшейся покровительством короля, они не занимали какого-либо особого положения в обществе, а существовали в качестве королевского имущества и все, что они имели, было не их, а его собственностью». Такой взгляд на евреев был уже в полной силе еще при Генрихе II, в царствование же его ближайшего преемника Ричарда, как мы уже видели, в целях более верного способа контроля над ссудными операциями, учреждено было специально еврейское казначейство с отделениями во всех главных городах. Король не только считался собственником и распорядителем еврейского имущества, но и самые ссудные операции, производившиеся евреями, совершались как бы от лица короля, по отношению к которому еврей являлся не более, как доверенным лицом. Все сделки, заключавшиеся евреями, регистрировались в еврейском казначействе, после чего долги им признавались долгами королю. То, что евреи были государственными служащими, подтверждает законодательство Англии. Еврей-заимодавец не мог по собственному произволу, без специального королевского разрешения, вступать в то или иное соглашение с должником относительно изменения условий платежа, не мог освободить последнего от уплаты долга, даже если хотел это сделать. (Madox. The history and antiquities of the Exchequer. C. VII). В случае если еврей оказывался не в состоянии уплатить наложенной на него суммы, его долги переводились непосредственно на имя короля, и должники приглашались или уплатить деньги королю, или же заключить с ним новое условие. (Gross. The exchequer of the Jews). Это соответствовало Французскому законодательству. Во владениях каждого барона действовало правило: les meubles aux juifs sont au baron (имущество евреев принадлежит барону). (Ducange., s. v. Judaei.; cp. Ordonnances des rois de France. T. I.).
Отметим, внедрение новой экономической политики происходило повсеместно, но выведение евреев из подчинения, пока что местным управленцам и уход их под руку главного имперского наместника и, в последствии, напрямую под центральную имперскую власть осуществлялся постепенно от окраин Империи к центру.
В то время как во Франции и в Англии право короны на евреев и их имущества является уже действующим институтом, то есть в Англии даже учреждено еврейское казначейство, в Германии самый институт Kammerknechtschaft'a в это время едва только намечается. Все попытки отнести возникновение этого института к более раннему времени и доказать его существование еще в каролингскую и даже меровингскую эпохи (Waitz. Deutsche Verfassunggeschichte. Band V. S.; Brunner. Deutsche Rechtsgeschichte. Band I.; Dahn. Deutsche Geschichte. Band I. 2) представляются несостоятельными, так как во всех тех случаях, на которые эти попытки опираются, отсутствуют типичные признаки Kammerknechtschaft'a, именно, признание евреев исключительной собственностью императорской короны, с одной стороны, и отсутствие признаков систематического вымогательства и обложения евреев какими-либо специальными сборами в пользу императорской короны – с другой.
Евреи в Германии признаются исключительной собственностью императора, даже не князей и графов, и в качестве только таковой жалуются и пережалуются другим лицам на известный срок или бессрочно в качестве подарка, лэна, залога. Даже привлечение евреев в местности, где они до того отсутствовали, считалось императорской регалией и в случае соответствующего разрешения должно было специально оплачиваться. (Stobbe. S. 23).