Впрочем, Аня ничего такого не подумала или просто не подала вида.
— Что ж, вы не пожалеете! У нас тут есть что посмотреть.
— Например?
— Например, Южные Ворота, это за железной дорогой. Там река очень красиво разливается, утки плавают. Очень много памятников старины, симпатичные кварталы.
— Тогда, может быть, вы найдете время побыть моим гидом?
Я покраснел от своего неожиданного кокетства, практически не надеясь на положительный ответ. Рассеянно глядел по сторонам, боясь пересечься с девушкой взглядом.
— О, вы приглашаете меня на свидание?
Я все-таки посмотрел ей в глаза. Озорные огоньки меня отчасти успокоили.
— А даже если и так?
Она приложила пальчик к щеке, якобы размышляя. Тоже та еще кокетка.
— Нуу, я должна подумать. Мы ведь с вами совсем мало знакомы.
— Вот и познакомимся поближе. Но если вас смущает слово «свидание», можете подобрать любое другое.
— Все нормально, Сережа.
Мы немного помолчали. Собственно, перспектива встречи в более комфортной обстановке исключала необходимость продолжать разговор, да и перерыв не стоило затягивать. Мне оставалось только назначить время и место, но с этим, как вы понимаете, были некоторые сложности.
— Сегодня вечером вы свободны? — спросил я.
— Теперь — да.
— Тогда… скажем, если… часов в семь?
— Хорошо-о. — Аня, кажется, забавлялась моей нерешительностью и не спешила мне помогать.
— Только, видите ли, я тут знаю только два заведения — кафе «Пчела» на вокзале и ресторан в гостинице «Каскад».
— Там, где вы останавливались? Я живу рядом. Кстати, как ваш товарищ?
Я и забыл, что со мной в ту ночь был пьяный в хлам (как выяснилось, фальшиво пьяный) Петровский.
— Это на самом деле случайный знакомый, дальнейшая судьба его мне не особенно интересна.
— Понятно. Тогда давайте я сама выберу заведение?
— Многим обяжете.
— У нас тут есть неплохой ресторан недалеко от центра, буквально в паре кварталов отсюда. Там уютно…. и недорого.
«Недорого, — мысленно повторил я. — Настоящая леди, не хочет обременять нового знакомого».
— Последнее — не критерий. Главное, что там уютно и вкусно.
— Да. И еще там живая музыка, скрипка…
И она снова улыбнулась так, что у меня уже не только мурашки по телу поползли… ну, вы, мужики, меня понимаете (прошу прощения у прекрасных дам, но это комплимент).
— Пишите адрес.
— Я запомню.
— Ресторан «Пушкин» на улице Пушкина, дом пятьдесят-пять. Это такое двухэтажное здание из красного кирпича. Я закажу нам столик на фамилию Проскурина.
— А выше двух-трех этажей здания у вас есть?
— Есть, но мало. Мы как-то все ближе к земле.
Я помялся немного для приличия, поглядел на скучавших девчонок с их цветными метелками.
— Ну что ж, Аня, не буду вам мешать. Сегодня в девятнадцать ноль-ноль, ресторан Пушкин, форма одежды…
Я запнулся. Из моих уст готова была вырваться пошлая солдафонская шутка — «форма одежды номер один». Люди служивые знают, что ничего, кроме трусов, в эту форму не входит.
— …ну, в общем, как вам будет удобно, — закончил я.
— Договорились! До встречи!
Покидая стадион, я уже и думать забыл о своей важной миссии в этом Крае Непуганых. Какая политология? Какой заговор? Какая пучина разврата, прости Господи! Вот чем хочется заниматься — любить девушек, наслаждаться их журчащими голосками, приглашать в ресторан, дарить цветы, гулять по набережной реки, читать стихи (кстати, старый пень, ты помнишь хоть одно стихотворение, скажем, того же Пушкина, если подвернется случай его продекламировать?). В эти минуты я с еще пущей силой возненавидел Петровского.
«Дам ему в морду, когда встречу», — решил я и, выбросив газеты в урну, направился дальше в центр.
В тот день я исходил едва ли не половину города. Получив возможность погулять в одиночестве, без непрошеных гидов, я увидел его таким, каким мне захотелось его увидеть — со всеми достоинствами, недостатками, с медвежьими углами, скрытыми от глаз туристов. Пройдя несколько сотен метров по центральным улицам с их оживленной торговлей, магазинами, офисными зданиями, замаскированными под старину, я тут же нырял в какой-нибудь двор жилого дома на четыре подъезда, а потом снова выходил на улицу. Дворы были маленькими и уютными, с зеленью и детскими площадками. Такие у нас еще встречаются в кварталах старых пятиэтажек. Внутри почти нет автомобилей, да и сами дома разительно отличались от наших сереньких хрущевок: красный кирпич, балконы с ажурным литьем, палисадники, арки, неожиданные архитектурные решения. Попадались, впрочем, и мусорные свалки с роями жужжащих над ними мух. Как говорил один мой знакомый, к которому я периодически загонял свою тачку на техосмотр или мелкосрочный ремонт, «наш человек — везде наш человек; даже если ты обслуживаешься в крутом лицензированном дилерском автосервисе, работают там все равно родные рукожопые парни». Так и здесь: каким бы правильно устроенным ни выглядел этот мир, среди наших людей всегда найдутся те, кто ленится дойти до унитаза.