Ну да ладно, я о другом. В ночь после несостоявшегося покушения на Александра Сергеевича Пушкина мне приснилось, как в меня стреляют. Точнее, сначала долго гоняют по темным переулкам незнакомого города (утром-то я понял, что это был Край). Я в панике и ужасе переставляю ноги, но скорость моя едва ли превышает черепашью, словно я по колено в гудроне. Разумеется, убежать я не могу. В конце концов, меня загоняют в какой-то совсем уж медвежий угол — какие-то трущобы или заброшенные склады, повсюду деревянные ящики, мешки с мусором. Припирают меня к стене, направляют ствол — человека я не вижу, только силуэт, потому что в глаза лупит свет уличного фонаря — и выпускают целую обойму. Бах-бах-бах!!!
Я подпрыгнул на кровати. Простыня насквозь мокрая, подушка тоже, на циферблате электронных часов половина второго ночи. В окно пробивается матовый лунный свет, из гостиной доносится храп Николая. Вот же безмятежный сукин сын, подумал я в тот момент, как он умудряется так дрыхнуть в чужом для него даже не городе — в чужом мире, без всякой надежды на возвращение домой! Да еще когда меня тут мочат под боком.
Я встал, в темноте прошел в кухню, налил из-под крана воды. Вода чистая, вкусная, без всяких примесей.
Удастся ли мне уснуть?
Вопреки опасениям, я вырубился уже через пятнадцать минут и проспал без сновидений до первых петухов.
В начале первого я сидел в ресторане «Пушкин» за чашкой чая с лимоном. Отыскав утром в прихожей своего дома телефонный справочник (еще один забытый нами артефакт — толстый бумажный фолиант со всеми городскими номерами), я нашел номер заведения, вызвонил администрацию и спросил, как связаться с музыкантом, который солировал накануне вечером. Мне без всяких проблем продиктовали его контакты, даже не заинтересовавшись моей персоной и причиной интереса. Костя Симанков, так звали парня, ответил мне сонным голосом, что работает в ресторане только с шести вечера, но если уж мне так приспичило узреть его хипповатые локоны, он готов сделать исключение и угоститься ланчем.
Я сидел за тем же столиком, который мы с Аней занимали вчера. Посетителей почти не было, только семейная пара в дальнем углу ела мороженое.
Симанков появился ровно без двадцати час, проявляя пунктуальность, не доступную многим нашим согражданам в старом мире (со временем я стал мысленно называть покинутую родину именно «Старым Миром»). В драных джинсах и оранжевой футболке с надписью «Fuck them all», непричесанный и явно до сих пор не проснувшийся, Костя чем-то напоминал мне студента, которому скучно все, кроме любимого занятия, в том числе и учеба, на которую он согласился, например, по просьбе матери или молодой жены. Хотя по возрасту он был явно старше неприкаянных студентов.
Присел напротив, зевнул, прикрыв рот ладонью, вальяжно раскрыл меню.
— А здрасьте? — спросил я.
— Здрасьте, если вы Сергей, — бросил он, не отрываясь от чтения. — Комплексный обед потянете? А то я без копья сегодня из-за этой дурацкой бомбы.
«Наглец», — подумал я.
— Все зависит от твоей искренности, юноша.
Он соизволил поднять на меня взгляд. Обращение на «ты» действовало безотказно.
— Мы знакомы?
— Кто же не знает Косого.
Я ухмыльнулся. Пожалуй, эту фразу впору возвести в статус официального слогана нашего сериала.