Я боялся к ней прикасаться. Чем-то она напоминала мне университетский учебник, написанный сухим и скучным языком. Но именно в этом фолианте, возможно, и скрывался ответ на вопрос: что случилось с моей страной в этой параллельной реальности.
Я откинул обложку. Издание 1982 года. Библиотечный штамп на титульной странице. Я начал перелистывать книгу, главу за главой, не погружаясь в текст, но считывая заголовки. Петровская эпоха, наследники престола, Екатерина I, Петр II, Анна Иоановна, потом Леопольдовна, Елизавета, Петр III, Екатерина Великая, Павел, Александры. Это я помнил в общих чертах по школьному и институтскому курсам истории и разночтений не обнаружил. Хотя, возможно, стоило поискать: мало ли какие законы подписывали знакомые самодержцы. Они ведь могли натворить много чего интересного, входящего в разрез с нашей официальной исторической наукой.
В общем, дошел я до Николая Второго. Этой главе я решил уделить особое внимание. Если наш последний император каким-то образом предотвратил бурление в массах и в корне задушил зарождение большевизма, то это могло бы пролить хоть какой-то свет на нашу загадку.
Я погрузился в чтение…
…и через двадцать минут с шумным выдохом отодвинул книгу от себя, откинулся на спинку стула. Мысли, версии и идеи разрывали мой мозг на куски. Сигаретку бы сейчас затянуть. Или, может, соточку виски?
Господи, чем я занимаюсь?! Какие хвосты ищу? И что мне теперь со всем этим знанием делать?
Я все же заставил себя вернуться на несколько страниц назад и снова пройти эту главу, тщательно записывая в блокнот все даты, номера государевых постановлений и указов, факты и гипотезы. Не знаю почему, но мне казалось, что в этих цифрах и деталях скрывалась информация, очень важная для понимания сегодняшнего дня. Разбираться буду потом, а пока просто похвалю себя за усидчивость и настойчивость. Главное я выяснил…
Хотите узнать прямо сейчас? Или оставить на сладкое?
Ладно, открою немного.
Если верить историческому талмуду, который я проштудировал, Николай II оставил престол не под влиянием революционных сил. Все было проще. Если бы в начале двадцатого столетия в России существовало телевидение, то однажды под Новый год (или Рождество) государь сообщил бы своим подданным, что он «устал и уходит»…
После сдачи книг библиотекарю я сделал короткий звонок. Святов долго не отвечал — «работал в поле» — потом все же включился и раздраженно буркнул:
— Да, чего?
— Скажи мне, какой был день недели, когда ты попал сюда?
Он вздохнул. Видимо, вспоминал.
— Вроде суббота.
— Точно?
— Да, точно суббота. Я, помню, страдал тогда обычным постпятничным похмельем.
— Вечером?
— Да, часов в семь.
— Понял тебя, спасибо, больше не беспокою.
Не дав ему рта раскрыть, я завершил разговор и сразу позвонил Костей Симанкову. Ему я задал те же вопросы…
В общем, больше я вам пока ничего не скажу, размышляйте над тем, что есть, а мне пора на первую тренировку местной юношеской футбольной команды. Негоже опаздывать в свой первый рабочий день.
13. Такой футбол нам не нужен
До стадиона я доехал на обычном городском автобусе. Машина не знакомой мне марки оказалась очень комфортабельной и подвижной. Мягкие кресла, удобные поручни, аккуратный и просторный салон, практически бесшумный ход. Поинтересоваться у немногочисленных пассажиров, чьего производства автобус, я не решился. Единственное, на что меня хватило, это узнать стоимость проезда.
— Пятьдесят копеек, — спокойно, без раздражения, сообщила мне крупная тетушка в сарафане.
— А кому их… того?
— А вон.
Она указала на кассовый аппарат, прикрепленный к стенке у входа в салон. Я нашел в кармане монеты, бросил в прорезь. Аппарат тут же выплюнул билет. Я оторвал его, сунул в карман и уселся в кресло у окна. Когда мы проезжали мимо спортивного магазина, вспомнил, что не купил себе комплект спортивной одежды. Буду бегать с пацанами в штиблетах и джинсах?
Ладно, в первый раз как-нибудь выкручусь.
Я прибыл вовремя. Команды «синих» и «зеленых» были уже на месте, разминались под свисток Кудинова на малой футбольной площадке. Я машинально отыскал в толпе Крутова-младшего. Он двигался активнее остальных, прыжки, приседания, ускорения — все на совесть. Молодец.
— Приветствую, Сергей, — протянув руку, сказал тренер. — Вы в цивильном сегодня?