— Нашего героя? — ухмыльнулся Крутов. — Что известно о нем?
Тут слово взял Киршин.
— Турист из Москвы, остановился в доме на Солнечной вместе со Святовым.
— Угу, нежной дружбы не таили…
— Не думаю, — улыбнулся подполковник
Мэр еще помолчал немного.
— Получается, двое залетных играючи останавливают трех налетчиков.
— Третий сбежал, когда очухался.
— Бросьте людей на розыск. Владислав Алексеевич, — обратился мэр к Киршину, — я буду вам признателен, если вы задержитесь в городе. Сейчас очень непростой период, как вы знаете, выборы глав администрации и департаментов, а тут такое. Что-то известно о минировании ресторана?
Ответил смущенный начальник местной полиции. Морщины на его лице собрались в один большой клубок.
— Звонок поступил на опорный пункт «Северный» посредством Ай-Пи-телефонии. Отследить его не удалось, позвонить могли хоть из Африки.
Крутов поднялся, с шумом отодвинув массивное кресло, и подошел к окну. Что-то в его за много лет отлаженном сценарии пошло не так. Да и не только в политическом и карьерном сценарии. Для всего города эти два громких события, произошедших буквально друг за другом, да еще и во время избирательной кампании, стали чем-то вопиющим. Едва ли это совпадение.
После минутного созерцания пейзажа за окном, Крутов повернулся к собравшимся.
— Поручение всем профильным службам: отслеживать ситуацию, взять под контроль расследование налета на магазин и минирование ресторана. Я, конечно, всецело доверяю вам как специалистам, но у меня есть мое дилетантское ощущение, что эти события взаимосвязаны.
— Очень скоро мы это узнаем, — сказал Киршин.
— Надеюсь. Всем спасибо.
Когда все разошлись, Крутов вновь опустился в кресло и принялся крутиться в нем из стороны в сторону, постукивая авторучкой по столу. Что-то действительно сломалось, он чувствовал это спинным мозгом. Он родился и вырос в Крае, знает здесь каждую улицу, каждый двор, каждую кочку и лужу (коих, к слову, за годы его правления стало гораздо меньше). Он всю жизнь шел к тому, что сейчас имеет, и не собирается все потерять из-за неожиданных форс-мажорных обстоятельств. Устав города позволяет ему избираться бессчетное количество раз при наличии доверия граждан и поддержки Городского Совета, и он не намерен сдавать свои позиции. Это его город!
Зазвонил мобильный телефон.
— Да, Витюш!
— Пап!!! — срывающимся голосом прокричал сын. — Я тут посмотрел новости по телевизору!
— Ох…
— Ты не представляешь, кто этот парень, который вырубил бандитов в магазине!
— Кто же?
— Это наш новый помощник тренера!!!
«Вот это номер…» — подумал Крутов-старший.
Тренировка с футбольной командой «Вымпел» у меня была назначена на четверг, поэтому сегодня я был предоставлен самому себе. Правда, с оговорками. Мне пришлось выполнять свои обязательства перед прессой. Встреча с журналистом криминальных новостей газеты «Фокус» прошла в сквере недалеко от дворца культуры. Мы сидели на скамейке и разговаривали. Беседа заняла около получаса. Репортер — молодой и явно не обстрелянный парень лет двадцати пяти — проявлял ко мне недюжинный интерес. Он суетился и волновался, чем-то напоминая тех молодых журналистов из Старого Мира, которым впервые приходилось брать интервью у звезды моего калибра.
Я рассказал ему подробности налета, добавил немного красок, потом что-то сочинял о себе, приводя нелепые факты своей биографии — о путешествиях по Алтаю, фотовыставках, книгах. Пришлось также приплести и версию, которую я изложил тренеру Кудинову при первой нашей встрече. Получилось вроде неплохо. Напоследок журналист сделал несколько фотографий с разных ракурсов.
— Сегодня же расшифрую, вечером верстка, ночью печать, и завтра уже во всех киосках! — радостно сообщил он на прощание, очевидно, думая, что это приятная для меня новость.
Интервью «Краевым вестям» мало отличалось от предыдущего, только беседовали мы в редакции газеты в деловом квартале, а допрашивала меня более опытная дама средних лет с мальчишеской стрижкой. Угостили чаем с печеньками, пофотографировали. На прощание мне также было гарантировано, что я проснусь утром еще большей знаменитостью.
Выполз я на улицу уже после четырех пополудни слегка измотанный, а ведь впереди еще было телеинтервью в прямом эфире. На кой черт я согласился!