— Пока в качестве свидетеля.
— Почему пока? Вы меня в чем-то подозреваете?
Он ответил не сразу, снова опустил глаза. Типичный особист — холодный, выдержанный, вкрадчивый. Умеет подвесить интригу. В нашем сериале был похожий персонаж, его играл Витя Коржов. В жизни веселый и легкий на подъем, умевший протащить на съемочную площадку пару стекляшек с виски и щипавший ассистенток за филейные части, в кадре он превращался в иезуита, и не раз я замечал, что от его реплик у меня леденеет спина.
— «Пока», потому что мне нужно кое-что понять. Надеюсь, вы мне поможете.
— С удовольствием, — с напускной бравадой сказал я и выпустил под потолок струю дыма. — Но мы могли поболтать на свежем воздухе, прогуляться. Или вы любите эффекты?
Он снова ничего не ответил.
За стеклянными дверями кабинета продолжалась суета. До меня доносились громкие разговоры сотрудников управления, и не все услышанные мною слова были цензурные. «Бегайте, бегайте, служивые, — подумал я, — у вас впереди еще много веселых дней и ночей».
Впрочем, мне было не до смеха. Если они и впрямь присматриваются к моей персоне, последствия могут быть самыми непредсказуемыми.
Киршин откинулся на спинку стула, задумчиво потер нос.
— Вот ведь в чем штука, Сергей Николаевич. В последние три дня в некогда спокойном уголке России под названием Край происходят очень странные и даже пугающие вещи. И непостижимым для меня образом вы, писатель и путешественник, каждый раз оказываетесь в самом эпицентре. Можете как-то это объяснить?
Я хмыкнул. Уж если телерепортер Светлана заметила эту странную закономерность, то особисту стыдно было бы не обратить внимание.
Он ждал ответа, глядя на меня прищуренными глазами. Очевидно, он не курил (или бросил), и табачный дым создавал ему дискомфорт, но роль хорошего копа вынуждала терпеть.
— Объяснения у меня нет. Предлагаю списать на случайные совпадения.
— Для совпадения уж слишком, вы не находите?
Я покачал головой. Черта с два я с ним буду откровенничать, пусть сам ковыряется. Ничего у них на меня нет.
Киршин вздохнул, тем самым подтверждая мою мысль. Он явно не знал, какой вопрос задать следующим. У него на руках лишь совпадения. В нашем Старом Мире, пожалуй, он нашел бы способ закрыть меня до выяснения личности, но тут ему приходилось следовать закону. А в глазах между тем сверкал хищный огонек.
— И все-таки, — продолжил он, — вы настаиваете на том, что оказались здесь в силу своих занятий — путешествия и все такое.
— Ну да.
— При этом вы блестяще владеете огнестрельным оружием. Подстрелить налетчика, использовав буквально долю секунды, — на это, знаете ли, не всякий обыватель способен. По неопытности вы могли просто разнести ему голову, но вы аккуратно царапнули плечо. Для дилетанта очень неплохо. Плюсуем сюда минирование ресторана, из-за которого я вынужден был оставить родной город и третьи сутки торчать здесь. Плюс сегодняшний взрыв… И везде вы рядом. Я не верю в совпадения.
Он брал меня на испуг. Но я слишком долго работаю в кино и просмотрел чертову уйму фильмов «об их жизни» и знаю, как себя вести.
— Подполковник, — твердо сказал я, — если у вас есть конкретные факты и доказательства того, что я оказался рядом во всех трех эпизодах не случайно, предъявите их прямо сейчас. Если их у вас нет — я пойду.
Я сделал вид, что собираюсь встать. Киршин дрогнул. Точнее, перестал валять Ваньку.
— Я навел справки относительно вашего товарища, который сейчас находится в местной клинике…
Я напрягся.
— С ним возникли некие сложности.
— Какие?
— В городском управлении полиции Уфы ничего не знают о майоре уголовного розыска Николае Святове.
Я похолодел.
— Он служил в районном…
Киршин снисходительно усмехнулся. Эту ухмылку я вполне заслужил своей наивностью. Какая разница, где служил Коля, хоть участковым в какой-нибудь дыре. В этом мире он в списках не значится.
Парировать было нечем. Я призвал себе на помощь все свое актерское мастерство, чтобы не выдать замешательства. Видимо, получилось не очень.
— Я никак не могу это прокомментировать. Мы познакомились здесь. Уверен, он сможет дать свои объяснения, как только обретет необходимую форму.
Киршин кивнул. Едва ли он поверил, но время я выиграл. Правда, с сожалением осознал, что от идеи предъявить особисту свое удостоверение почетного сотрудника ГУВД Москвы придется отказаться.