И тут она внезапно осознала, что обращается к Олегу. И что она его совсем не знает.
Нина слегка шелохнулась, и Олег понял, что как только она обернется, он узреет торжество отмщения в ее взгляде. Побелевшими от напряжения пальцами он стиснул спинку переднего кресла, готовясь к пытке. Она посмотрела на него, и неожиданный металл в мерцающих глубинах ее светлых глаз едва не заставил его сидеть с отвисшей челюстью. Это была не его Нинель. В эту минуту Олег мечтал лишь о том, чтобы притянуть одно из воспоминаний к себе, и видеть ее в воздушном ореоле нежной женственности, которую являла Нина тогда, готовя для него ужин в деревне.
Нина не могла отвести взгляд из-за подступившей волны истерического ужаса. Не закричу. Не закричу, повторяла она себе и еще сильнее распахивала глаза, словно лишь это могло уберечь ее от надвигавшейся катастрофы.
- Что вы сидите, как Фреди Крюгера увидели, - пошутил Евгений, привлекая ее внимание. Даже в полумраке Нина заметила виноватую улыбку, которая искривила его лицо.
- Театр был не лучшим выбором. Пора пересмотреть моду, которая была заведена у наших дедушек и бабушек, - сказал он с виною.
- Дело не в этом, - отчаянно произнесла Нина. И отодвинулась от разделявшего их подлокотника слегка согнув спину. Неожиданность и шок от произошедшего не позволяли ей говорить и объясняться.
Наступил антракт, и собравшиеся весело хлынули из зала, шутливо припираясь из-за места в тесном проходе перед сценой. Олег вышел последним. Он медленно шествовал под высоким сводчатым потолком, шаги гулким эхом отдавались в ушах. Выйдя из массивных дверей, Олег остановился, наблюдая за одевающейся, сбегающей Ниной, любуясь ее сверкающими под крупной люстрой волосами.
Он поколебался, зная, что если подойдет к ней сейчас, она сможет закричать или позвать на помощь, однако не мог заставить себя подождать до улицы. Стараясь по возможности стать прозрачным для остальных посетителей, он смешался с толпой и начал пробираться к Нине, пока не оказался за ее спиной.
Девушка мгновенно ощутила его присутствие, словно осязаемую силу, нечто магнетическое и величественное. Она даже распознала почти неуловимый запах его одеколона, после чего Нина выбежала из театра и заняла первую попавшуюся лавочку, объясняясь с приятелем. С этим рослым парнем, на которого будучи в бешенстве, Олег сейчас старался даже не глядеть. Легкий ветерок растрепал ее прическу и играл со складками мятого плаща, когда Нина в панике отвернулась от него и обернулась в темноту, на своего спутника.
- Нинель Алексеевна, прошло только первое действие, - произнес Евгений хрипло. – Вы не хотите мне ничего сказать?
- Зачем вы меня догнали?
Вместо ответа он заключил ее в объятья. В его движении были одновременно и неистовый голод, и мольба. Однако он достаточно хорошо помнил о субординации с Нинель, чтобы не уклониться от ответа. Да, он ее догнал.
- Не будьте такой! – прошептал Евгений, обдавая ее щеку жарким дыханием. – Весь этот вечер я ни о чем не мог думать, только о вас. Смысла нет остаться здесь одному.
- Хорошо, - произнесла Нина, чувствуя что в ее голосе не хватает решимости.
- Нинель Алексеевна, мне приятно с вами. К черту оперу! Давайте пройдемся по набережной.
В его дыхании Нина почувствовала запах вина и вспомнила что сама не трезвая и окончательно впала в панику. Тем не менее она ответила:
- В зале находился мой бывший муж.
- Но раньше, пока вы не узнали что он там, вы не видели ничего дурного в свидании со мной.
Он обнимал ее все заботливее.
- Пожалуйста, пожалуйста, не трогайте меня, Женя! Я не смогу спокойно жить, зная что мое прошлое может причинить вам вред. Именно поэтому я пыталась сбежать из театра.
- Прошлое было пережито уже давно, до встречи со мной, Нинель Алексеевна. И согласившись пойти на спектакль вы не совершили ничего предосудительного. Я пытаюсь вам это объяснить.
- Вызовите такси, дождитесь пока я в него сяду, а сами бегите, - отчаянно произнесла Нина.
Ухмылка исчезла с лица Евгения и он выпрямился на скамейке.
- Не собираюсь я бежать. Сейчас вызову такси и вместе уедем, - сказал он с серьезностью.
Двери театра открывались и закрывались, люди входили и выходили, и Евгений не повышал голоса. Его рука скользнула вверх по ее плечу, легла на спину.
- Ну и муж. Так себе, значит, муж. Давно не живете с ним, а продолжаете при встрече убегать сломя голову.
- Такси! – вырывалась она. – Или вызываете такси, или пойдем на трамвай, или и то и другое вместе.
Рука Евгения крепко сжала ее, когда она попыталась встать и побежать к остановке.