- Нет! – в ужасе воскликнула она. – Нет, только не это… Не замечая ее состояния, мужчина продолжал, глядя прямо перед собой, с головой погрузившись в воспоминания.
- Только он взял и вспомнил. Помню, часа не прошло как примчался сюда на машине такой, что обзавидуешься. Саша как раз из дома выходил, пьяный, сейчас, говорит колесо подкручу и на велосипеде прокачусь, проветрюсь. А он ему как дал, Саша чуть кувырком не полетел. Драться начали, два здоровых бугая, нет, я дрищ против них. Выбежал вслед за Сашей, смотрел и не вмешивался. Да и совесть вмешаться не позволяла, как ни крути, мразь у меня оказался, а не племянник. Думал, поплачется, я в его положении войду, пойму и покрывать буду пока он под шумок куда-нибудь на юга не укатит.
- Нет, - застонала Нина, закрыв руками глаза и пытаясь стереть из памяти облик подростка в боксерских перчатках, со знакомыми серыми глазами, преданного свихнувшемся подчиненным.
- Я почувствовал, что не выдержу этого зрелища, - продолжал мужчина. – Племянник явно уступать стал, он же на моих глазах вырос, школьником в гости приезжал каждое лето. А мужик тот, он как рай и ад в одном флаконе. Сам красивый как роза, но бил Сашу страшно. Сразу мне стало ясно, что он того, гневливый. Терпение имеет, но если довести то все – капут. С такими лучше не шутить.
Отведя глаза от какой-то дальней невидимой точки, мужчина сумрачно посмотрел на Нину.
- Вы беременная, не буду я дальше ту драку описывать.
Голос Нины превратился в умоляющий шепот:
- Драка есть драка. Что случилось в результате нее?
- Сашу он убил, - жестко ответил мужчина. – Заколол отверткой от велосипеда, а потом шею свернул как котенку. Милосердно и быстро, решил не мучить.
Стены дома закружились перед глазами девушки, и она приоткрыла рот, опасаясь приступа тошноты.
- Как сейчас помню, лопату у меня он попросил и водки. А Саша в лесу за полем похоронен, нет, наши бабки до туда не дойдут. Потом вернулся, тоже присел на ступеньке и так курил красиво. Аристократ он что ли? - грустно усмехнулся мужчина и ткнул пальцем в Рината, - потом, этот вот приехал, забрал его, а полиции я ничего не сказал. Землю почистили от очередной мрази, вот и весь рассказ. Теперь, пошли вон!
- Ну, вот нас и выгнали, - сказал Ринат. – Теперь ты успокоилась?
В отличие от нее все чувства от услышанного он держал при себе.
Он обвил Нину руками, защищая от нетерпеливого взгляда хозяина и поднял на ноги.
- Нагулялась? – спросил он. У нее так дрожали ноги, что она едва стояла, и резануло раскаяние, острое, как бритва. – Пошли, - сказал он. – Сейчас доставим тебя в город. – Он приподнял и повернул к свету ее лицо, вгляделся. – Надо бы тебя, наверное, довести под руку до машины.
Он говорил с ней как с больной, а не с беременной. В одной руке она держала сумку и астру, другую сжала в кулак. Они пошли на лягушек, и те вспрыгнули из под них, зеленое конфетти. В машине Нина не заплакала, она не хотела смотреть на Рината.
-Я сейчас скажу свое мнение про Олега Константиновича, - вымолвил он. - У реки два берега. Может тот, который увидел, зависит от самого тебя?
Буквально такими словами. Крепкие пальцы лежали на рулевом колесе. Оно вращалось, представляя собой идеальный круг, радио говорило, пело, мотор исправно тикал под ними как часы, полнота истины.
Но это ощущение - привал на середине пути, у нее было такое чувство будто гора с плеч упала, будто на самом деле она могла сюда приехать только познав безысходность, увидеть и сразу же забыть тот лес за полем, такой искупительно прохладный и темный, должна не иначе как сквозь пелену стыда и раскаянья.
- Позвони ему, - сказал Ринат.
Это ее допекло, она разозлилась и почти орала:
- Он меня ненавидит, чего тебе от меня надо? Больше с ним этот номер не пройдет!
- Попробуй, - ровно возразил Ринат. – Всегда лучше попробовать. Только не с моего номера, возьми телефон, будь паинькой.
- Ладно, - выпалила Нина, продолжая кричать в голос от волнения, но больше от чувства отвергнутости, которое потом придется пережить.
- Звони! – тоже крикнул Ринат. – Хуже уже не будет.
Нина нашла телефон и нажала на номер.
- Алло! – Она перешла на визг: - Алло!
Она убрала телефон обратно в сумку.
- Трубку бросил, - сказала Нина максимально равнодушно. – Я больше его не слышу.