Олег в потрясенном неверии уставился на Нину, но та, спокойно улыбаясь, продолжила:
- Кстати говоря, у нас будет мальчик и став матерью, мне бы не хотелось гадать в каком возрасте я должна буду сводить его к психиатру. На всякий случай, чтобы он не наломал дров с такой спорной наследственностью как у него. Олег, у меня не было выбора узнать сумасшедший ты или нет, кроме как поехать в ту деревню. Я практически сразу нашла тот дом. Там я также нашла ответ на все свои вопросы. Прости, теперь я знаю, чья рука искусно выставила тебя отвратительным монстром.
Первым порывом Олега было послать ее к черту, но это – чисто эмоциональный порыв, а когда речь шла о прошлом или о бывших женах, Олег давно уже приучился никогда не позволять эмоциям затмевать голову нестерпимой болью. Да и логика подсказывала, что спокойный честный разговор двух взрослых людей – именно то, чего от него добивалась Нина в течение последних минут. Теперь Нина предлагала дружбу, с поразительным тактом признавая вину. Обезоруживающим тактом. И почти располагающим.
Стоя здесь в ожидании его ответа, Нина с коротко остриженными волосами, еле дотягивающими до скул, и трясущимися руками, спрятанными в карманы бесформенных штанов, походила скорее на натворившего что-то хулигана, вызванного в кабинет директора школы, на подростка, если бы не объемный живот. И одновременно она умудрялась выглядеть как руководитель серьезной компании – неспешная, величественная, корректная, маняще – сексапильная.
Глядя на нее сейчас, Олег неожиданно быстро вспомнил свою давнюю одержимость ею.
- Я не испытываю большой радости оттого, что скоро стану отцом. Слишком неожиданно. Мне надо перестроиться, - как на духу вымолвил он.
От волнения она не могла найти слов и лишь крепче стиснула руки в карманах. Ее сердце стучало так неистово, что захотелось на него шикнуть.
- И еще кое-что, - сказал он, тихо поправив скатерть.
- Что?
- Ты меня в этом понимаешь?
- Да.
- Хорошо, - сказал он, и подошел ближе.
И тут Олег впервые заметил кое-что: светлую машину за окном, выжидавшую на случай, если женщину выставят за порог и стартанувшую со стоянки со страшной силой, когда этого не случилось. Когда Нинель явилась сюда, он не мог думать ясно, но тем не менее, приедь она на машине сама, он наверняка заметил бы это. Ключей у нее в руке нет, на столе их тоже не видно, так каким же образом Нина добралась до той проклятой деревни?
Ринувшись к креслу, стоявшему рядом, Олег схватил сумку Нины и бесцеремонно покопавшись в ней тщательно проверил содержимое. Но ключа в ней не было.
- Итак, - глухо осведомился он, - кто тебя отвез за город?
Нина, потеряв голову от ожидания и усталости, бессознательно положила ладонь ему на плечо. – Олег, пожалуйста, пойми меня… Она увидела, как его взгляд упал на ее руку, поднялся к ее лицу, и тут их глаза встретились… и Нина заметила, что в Олеге произошла мгновенная перемена, хотя не поняла, что причиной тому оказалась проникновенность ее жеста. Лицо Олега смягчилось, тело расслабилось, недобрый скептический блеск в глазах растаял, даже голос стал другим – оживленным, вкрадчивым, придававшим уверенность.
Не особо стремясь выкрутиться из ее хватки, он вздернул руку вверх и выразительно глянул на кожаный браслет своих новых часов.
- Ладно, давай по порядку. Я никуда не спешу и в принципе готов тебя выслушать.
- Так просто? – неверяще наморщила она нос.
- А я не выпендриваюсь и никого из себя не строю. И в принципе, до меня всегда легко было достучаться. Особенно тебе, - добавил он.
В мозгу Нины взорвался и отзвучал радостный фейерверк, но она думала лишь о том, что настала пора объясниться с Олегом, и, охваченная напряжением, не замечала внутреннего предостерегающего голоса и не обращала внимания даже на то, что его взгляд медленно неуверенно и с любопытством опустился на ее живот, но в последний момент взметнулся обратно. Быстро вздохнув, она начала речь, которую репетировала всю поездку.
- Сегодня утром я смоталась за город, чтобы поставить точку в нашем вопросе.
- Я уже знаю это, - перебил он.
- Но не знаешь, что я оказалась там благодаря Ринату.
- Уверен, что в твоей клинике ему вкололи просроченную анестезию, - заметил он с плохо скрываемым недовольством. – Водитель никогда не решился бы на такой поступок не спросив моего разрешения.
- Ну а он решился, - бросила Нина, потрясенная его поведением, не собираясь отступать. – Приехав на прием к врачу, он заодно обвинил меня в том, что я по дурости своими руками разрушила наши отношения. Обвинил меня в том, что я злая и едва не уничтожила и не сломала твою судьбу. Я устала об этом слушать, ведь тоже самое мне когда-то сказала твоя мать.