- Разумеется, - пробормотала она. – И клиника.
- Тогда к делу, - сказал Олег, привалившись плечами к спинке, глядя на пепел и отходя от приступа безудержной ярости.
Леня достал из кармана бумаги. Затем он быстро переписал на Петровского все имущество и долги клиники. Тот быстро назначил его главврачом.
- Вы же не собираетесь устанавливать четкий лимит на сумму, которую придется потратить на возрождение клиники?
- Именно, – коротко ответил Олег. – Сейчас я уезжаю на стройку, чтобы принять объект. Нина, я ожидаю увидеть тебя здесь, когда приеду. С этими словами он встал, стремясь поскорее закончить этот неприятный разговор.
- Зачем мне зря тут торчать? - сказала она, следом поднимаясь. - Леня, я домой хочу! Леня, я боюсь его! Мамочки!
Сверхчеловеческим усилием воли проглотив последние слова, Олег устремился прочь. Быстрые шаги эхом отдавались в зале.
Фары его автомобиля, ожидавшего перед рестораном, отбрасывали колеблющиеся неясные тени, исчезавшие под тяжелыми ветвями сосен, которыми был усажен сквер. Ринат Зарипов, водитель Олега, терпеливо дремал в кресле. Время обеда давно прошло и уже сгущались сумерки, но Ринат привык ждать. По правде говоря, он был в тайном восторге по поводу того, что шеф не спешил расстаться с той рыжей, которую Ринат уже однажды мельком видел. Поскольку он уже заключил сам с собою пари на то, что именно она станет следующей подружкой шефа, огненной звездой на главной елочке строительной компании «Квадрастрой».
Входная дверь отворилась, и шеф сбежал по ступенькам. Ринат краем глаза наблюдал за ним, отмечая решительные, быстрые, размашистые шаги – явный признак раздражения или гнева. Собственно, водителю было все равно – пока женщины продолжают будоражить в шефе невиданные до сих пор чувства и провоцировать его на подобные взрывы эмоций, фортуна да прибудет с ним и у него останется меньше работы.
- Скорее бы убраться отсюда на все четыре стороны! – проворчал шеф, бросившись на кожаное сиденье представительского класса.
Устал от баб. Я тоже их порой ненавижу, - решил Ринат, ухмыляясь про себя и вращая рулем.
Он был таким отдохнувшим, что даже ноющая боль в последнем режущемся зубе мудрости не могла испортить его настроения. Мысленно перечисляя все приятные обстоятельства в которых он оказался благодаря отгулу, Ринат начал напевать задорную татарскую народную мелодию. Однако после нескольких распевов шеф наклонился вперед и разъяренно осведомился:
- У тебя что-то болит, Ринат?
- Нет, Олег Константинович - ответил тот, не оборачиваясь.
- Кто-то умер? – рявкнул шеф.
- Нет, Олег Константинович.
- Тогда прекрати эти проклятые завывания!
- Да, Олег Константинович, - уважительно ответил Ринат, старательно пряча озаренное безмятежностью лицо от взбешенного начальника.
Когда наступила долгожданная тишина, Петровский дернул воротник рубашки и уставился в окно. Он был так расстроен поведением Нины, ее реакцией на себя, что теперь не знал на что ему отвлечься. Не обращая внимания на огоньки кафе и магазинов, он устало прижался к стеклу, почувствовал прохладу гладким лбом, вглядываясь в темноту и думая о своем.
В какой-то момент ему и это наскучило, стало его тяготить и раздражать.
- Ускорься, - приказал он, а затем отогнул рукав и глянул на циферблат своих золотых часов с водонепроницаемостью сто метров. Есть женщины, с которыми только теряешь время, думал он, а есть те, с которыми даже я теряю чувство времени.
***
Ужасающая реальность предстала перед Ниной во всей своей отвратительной наготе, заставив девушку наброситься на пальто и вырвать его из рук нерасторопной гардеробщицы в порыве безудержного бешенства.
Дядя успокаивающе взял ее под локоть, стиснув пальцы, когда Нина попыталась вырваться.
- Не хочешь здесь оставаться, тогда вернемся домой. Нам многое необходимо обсудить, и я все объясню, когда ты успокоишься и обретешь способность ясно мыслить.
Но после того как Леня сорвал крупный куш на ее глазах, она ни на долю не поверила в его притворное сочувствие, и, как только он замолчал, Нина отдернула руку и шагнула к двери.
Она уже толкнула тяжелую ручку, когда Леня примирительно добавил:
- Горжусь тобой, что ты так удачно выходишь замуж. Многие будут тебе завидовать, а многие даже ругать. С чем тебя и поздравляю. Ладонь девушки застыла на ручке: ей хотелось завопить, разбить что-нибудь о пол, оспаривать этот выбор, чужие указания, команды. Но она сдержалась на людях, взглядом дав понять Лене, что с нее на сегодня достаточно и распахнула дверь, с трудом подавив безумное желание с грохотом захлопнуть тяжелую створку, а затем пнуть ее напоследок.