- Не помню, благодарила ли я вас за то, что поддерживали с Леней дружескую связь и лучше меня поняли его натуру, - сказала она, когда вылезла из под стола с двумя бумажными папками.
Ланде довольно фыркнул и хохотнул прямо в трубку:
- Собственного говоря, есть способ отблагодарить меня за хорошую интуицию. Пришлите фото документов на машину и дом сегодня же и покончим с этим.
- Сначала следует бумаги просмотреть и во всем разобраться.
- Я чувствовал, что вы это скажите. Поэтому вникайте и перезвоните как сможете.
- Нет, я…
- Напоминаю, как на интеллигентных так и не очень поминках, прощание без алкоголя не обходится. Пойду вздремну, пока вы там ковыряйтесь.
Нина молча уставилась на трубку, пораженная и довольная такой непосредственностью. Девушка была не совсем уверенна, чему и как может помочь ее дотошность, но согласилась с Ланде, потому что слишком измучилась, чтобы спорить, особенно из-за таких пустяков. Уже через минуту она в полном одиночестве нависла над документами.
В мозгу Нины пронзительно взывала тревожная сирена, когда она открыла одну из папок, которую Леня зачем-то прикрепил на скотч к столу. Петровский! В тексте ей встретилась его фамилия! И эти юридические термины!
Она помедлила, чтобы убедиться в том, что держит в руках не что иное как материалы уголовного дела. Нина молча, с сердцем, колотившимся от страха и любопытства, стиснула в руках досье на будущего мужа. Из ее комнаты в дальнем конце коридора доносились слабые звуки воплей и свистки: по телевизору показывали волейбольный матч. Вряд ли она услышит телефонный звонок. По крайней мере, можно будет на это сослаться, если Олег решит позвонить.
Весь вечер Нина сражалась с копиями дела. На страницу у нее уходило минут двадцать, и это если повезет сосредоточится, к счастью она никогда не читала заключения судмедэкспертов, но примерно понимала основную суть предполагаемой картины преступления.
Потом были вызваны призраки прошлого. Воображение воссоздавало картину прочитанного, а глаза бегали по тексту: «… ночной пляж и высокие волны»… «потерпевшая вошла в море несмотря на надвигающийся шторм»… Вскрик. Собственный неожиданный вскрик, потому что колено стукнулось о стол. Какие ты взяла «наркотические»… Откуда ты взяла наркотики? Опьянение алкогольное, а не наркотическое… Где твое внимание пляшет?
Внимание Нины рассеялось по причине высокой точности и профессионализма снимка, попавшегося ей на глаза. Утопленница. Тоже рыжая. Запечатлена совсем перед отъездом в морг на фоне раскрытого специального пакета и пальмы, колыхавшейся на сильном ветру. Далее шел снимок свидетеля и главного подозреваемого в одном лице – с таблеткой успокоительного за щекой и ничего не выражающим взглядом. Она тут же представила Олега сидящим на песке, дрожавшим от холода и всего полного какой-то жуткой, ничем не разрешающейся тоски.
Однако, все начиналось как обычно: отпуск в компании жены, море, пляж, картавые вскрики чаек. Шампанского? Еще шампанского? Сильное движение Олега, мерцание луны и треск пальм. Он замер, дыша и улыбаясь, затем снял хрустящую золотинку с пузатой отпотевшей бутылки. Таким его запомнил охранник отеля в ту ночь своего дежурства.
Еще он запомнил, что та женщина, Марина, была одета в атласный вечерний костюм. И, забредя ночью на пляж в компании своего мужа, стянула с себя шарфик и пиджак, с опаской разделась, натянула прямо там, под пальмой, блестящий черный купальник. Была у них минута, со стороны походившая на ссору. Но дальше парочка повалилась на лежак, - пластиковый, похожий на раскладушку. Все же охранник совершал плановый обход территории и посчитал неэтичным рассматривать чужую любовь. А дальше снова было шампанское.
Последнее, что он смутно видел сквозь качающиеся пальмы было купание. Войдя по пояс в море, женщина сначала смочила голову, пошла дальше, раскинув руки и чем выше поднималась вода, тем сильнее ее захлестывали волны. Наконец, набрав воздуха, зажав нос в пальцах и зажмурив глаза, она присела и окунулась. И тут, словно получив позволение искупаться, а вместе с ним и свободу действий, женщина шумно пустилась вплавь, а ее муж подходил к самому приплеску и зорко следил за ней, и вдруг сам пошел в воду: волна, разлившись дальше лежака, облила ему штаны. И чем выше поднималась вода вокруг женщины, тем увереннее он шел за ней следом.
Поэтому охранник и не решился к ним подходить, делать замечание, прогонять с пляжа. Понадеялся, что муж ее позовет или остановит, плюс не хотел конфликта с сильными и богатыми обладателями люкса в их отеле.