С этими словами Маргарита Карасева посмотрела на пол и вежливо поинтересовалась у замершего рядом «заставлявшего недоедать»:
- Что скажите, Олег Константинович, верно вегетарианка может заказать только такси в вашем ресторане? Безжалостный, бессердечный, эгоистичный…
Сквозь пелену смертельного ужаса Нина увидела, как чашка кофе застывает в воздухе в нескольких сантиметрах от ее второго уха. Олег очень медленно выпил ее, внушив Нине опасение, что за этим последует приказ уволить и главного бухгалтера. Но он вместо этого вежливо склонил голову и сохраняя спокойствие на лице, несогласно кивнул:
- Я и впрямь весьма привязан к совершенству форм и линий, Маргарита Павловна, но принимаю Нинель такой, какая она есть.
- Как приятно слышать, - воскликнула Карасева, - наверное выгодно заказывать ей фисташки вместо мидий.
- Мне уже лучше. Дайте руку, - слабо проговорила Нина. – Я выхожу замуж. Лучше бы поздравили…
Последнее не было ошибкой; она поняла это в тот же миг, как слова сорвались с губ, увидев, что лицо Петровского просияло от огромного облегчения. Про перепалку с Карасевой и про такие интимные подробности как особенности питания было мигом забыто.
- Вставай! – рявкнул он, сгребая ее с пола. Пошарив в столе, наткнулся на берет, перчатки и сумочку, разложенные на полочке у розетки, и сунул ей.
Прижав сумку к груди, Нина попросила дрожащим голоском:
- Прощальный кофе!
- Может, еще торт нарезать? – холодно усмехнулся он и, не дав ей ответить, велел: - Одевайся!
Она надела берет, набросила шубу, он тут же рванул ее сумочку к себе, и Нина еще не успела сообразить, что он собирается сделать, как паспорт ее оказался в чужом кармане. Управившись, Олег повернул ее и выпихнул за двери.
***
Истерический, но этого как ни странно, сохранивший свою мелодичность смех Нины звенел, как колокольчики под внезапным порывом ветра, и Олег с усмешкой смотрел, как она повалилась на душку длинного дивана перед ним, с трясущимися от хохота плечами.
- Мы… мы летим в Китай, - задыхаясь, пробормотала девушка, вытирая со щек выступившие от смеха слезы, – чтобы посетить строительную выставку в свадебном путешествии.
- И не только, - уточнил он, устроившись рядом и ухмыляясь, зараженный ее смехом.
Перед свадьбой она приводила себя в порядок в Загсе, когда в туалет ввалились наряженные накрашенные невесты, и, застигнутая в столь щекотливом положении, переживала так, что на нее больно было смотреть. Нина была убеждена, что весь дворец бракосочетаний судачит о том, что их регистрируют в служебном кабинете вместо парадного зала, и, разумеется, не ошиблась. Люди с интересом и искренним непониманием нет-нет да поглядывали на них. Обдумав, что делать – признаться, что сунул взятку или попробовать развеять горе, Олег решил умолчать почему их расписали без подачи заявления, вне очереди и как можно скорее увел Нину оттуда, когда процедура завершилась. Только на выходе напомнил ей, что все мечты сбываются.
- Ты, наверное, считаешь меня совсем безмозглой, если думаешь, внушить что едешь туда отдыхать, а не работать. Не заставляй меня поверить в подобную чушь, - проговорила она, безуспешно пытаясь обрести серьезность.
Олег улыбнулся, но покачал головой, не принимая доводы:
- Нет, мадам Петровская, ты заблуждаешься по всем пунктам.
- По всем? – с любопытством переспросила Нина. – Что ты хочешь сказать?
Олег улыбнулся еще шире и пояснил:
- Я устал и нуждаюсь в отпуске. Я жду не дождусь увидеть море и не думаю, чтобы кто-нибудь мог тебя легко обмануть. – Он помолчал, ожидая ответа, и, не дождавшись, с улыбкой сказал: - Это комплимент твоей рассудительности.
- О, - измученно проговорила Нина и неуверенно добавила: - Спасибо.
- Во-вторых, далеко не считая тебя безмозглой, я вижу тебя королевой пляжа в самом ближайшем будущем.
- Благодарю! – охотно приняла похвалу Нина.
- Вот это точно не комплимент. Правда, - уточнил Олег.
Нина бросила на него забавный негодующий взгляд, требующий прекратить уточнения, и Олег прекратил, протягивая руку и касаясь мягкой и бледной щеки указательным пальцем:
- Обходя стороной разговоры про твою внешность, не имей ты здравого смысла, не столкнулась бы со столькими сомнениями относительно того, чтобы выйти замуж, а просто порадовалась бы своему положению и сопутствующим ему выгодам.
Глаза Олега многозначительно остановились на свертке документов, которые она по его настоянию подписала в Загсе, после того как он неожиданно вытащил этот сверток из кармана пиджака вместе с их паспортами.