- Это, кажется, наша принцесса! – воскликнул он.
- Определенно она, - объявила Нина и, бросив шарить в сумке, просительно добавила: - не в службу, а в дружбу дай сигарету, Кеша, я свои в машине забыла.
Костлявый, но обаятельный шестидесятилетний мужчина с седыми волосами и карими глазами, Иннокентий был специалистом во всем том, что касалось вырванных зубов и относился к работе в «Жемчужине» так же серьезно, как к анестезии пациента перед операцией. Нина не только доверяла Кеше, но уважала и любила его, и это было взаимно судя по ответной улыбке, с которой Кеша объявил:
- Угощайся.
Он сунул руку в халат и протянул ей пачку. И затем, с видом беспомощного омерзения махнул рукой.
- Сойдет, - Нина вытянула из пачки пару тонких длинных сигарет, всей душой желая, чтобы он не стал читать ей лекцию о вреде курения при новом человеке и, грубовато напомнила: - только я люблю ментоловые, они с правильным холодком.
Повернувшись, она направилась к кабинету с табличкой «директор». Раздумывая над идеей Кеши переманить из другой клиники уже известного, а значит дорогого дантиста, со сложившейся клиентской базой.
Вскоре она скрылась за дверью, но Иннокентий Петрович и соискатель на должность врача-стоматолога Евгений Лужин предпочли задержаться у лифта.
Первым заговорил Евгений. Высокий, светловолосый, эффектный, в свои двадцать восемь лет он был самым востребованным на нынешнем месте работы.
- Какая досада! – с недоуменным вздохом проговорил он. – Местный стоматологический мир гудит, как улей, потому что «Жемчужина» отбила доктора Лужина у сети стоматологий «Дента» и других серьезных соперников. Вы пребываете в состоянии эйфории, средний персонал вот-вот разорвется от гордости, санитары, вероятно, танцуют гопак, - продолжал он, - а женщине, которая руководила процессом, похоже, на все наплевать!
- Ты ошибаешься, - возразил Иннокентий Петрович. – Вот проработаешь здесь месяц и поймешь: несколько минут назад ты лицезрел Нинель Петровскую в состоянии тихой радости. Признаться, такой счастливой я ее давно не видел и сам до конца не понимаю, чем этот день такой особенный.
Евгений недоверчиво оглядел главврача:
- В другое время она ведет себя как стерва? Иннокентий Петрович покачал головой:
- Лучше нам не развивать эту тему.
- Она выглядит вполне милой, - не сдавался Евгений.
- Внешность обманчива, - насмешливо откликнулся главврач и указал на новую безукоризненно чистую плитку под ногами. – Полгода назад, когда я только начал работать с Нинель, здесь была откровенная разруха. – Слышавшие его администраторы рассмеялись, а мужчина добавил:
- Ум, упрямство и непомерное трудолюбие имеют свою обратную сторону.
- Какую? – поинтересовался Евгений.
- Например, телефонные разговоры в полночь – только потому, что у Нинель возник вопрос и она желает, чтобы ее служащие держали перед ней ответ, - обтекаемо объяснил Кеша.
- Вам не мешает научиться запоминать сколько вы затратили материала на пациента, помнить каждую цифру – да, еще на обед ходить строго по расписанию, - добавила администратор. – У наших сотрудников не может быть плохой памяти и язвы желудка.
- Считать, сколько ушло ваты? – в притворном ужасе воскликнул Евгений. – Мне придется работать с ассистентом начиная с понедельника!
- Хорошо, что ты напомнил, - перебил Кеша с кривой усмешкой, полез в карман и вытащил небольшой белый предмет. – Вот тебе именной бейдж – бонус к получению должности и свидетельство того, что ты врач, а не ассистент и планируешь занять здесь весьма почтенную нишу.
Евгений машинально подставил грудь, и Кеша прицепил к ней бейдж.
- Добро пожаловать в клинику «Жемчужина», - сухо произнес он. – Если ты не лишен сообразительности, то сядешь пред ней на стул так, чтобы Нинель его увидела.
Все рассмеялись, но Евгений понял: придя в новый коллектив, ему придется смириться с многочисленными требованиями начальства. И этот вызов придавал новой работе немалую привлекательность.
До того как Евгений захотел уволиться из другой клиники и поступить в «Жемчужину», он слышал сплетни о молодой загадочной предпринимательнице, о которой заговорили благодаря ее фамилии, бывшей на слуху в городе. К тому же носительнице этой известной фамилии едва исполнилось двадцать.
За короткий срок Евгений уже убедился, что Петровская – скрупулезная и требовательная хозяйка, удачливость и профессионализм которой начисто исключают фамильярность даже со стороны пожилых сотрудников.