— Похоже, кто-то в Окленде разводил питбультерьеров для собачьих боев, — произнес директор, не задумавшись ни на секунду. — Судя по тем событиям, которые нам удалось воссоздать, одна из собак заразилась и напала на остальных. Стая атаковала заводчика, когда он пришел посмотреть, что за шум. Животным удалось вырваться на волю. Собаки, чей вес был достаточен для активации процесса, начали заражать людей по всему району. Вскоре распространение инфекции оказалось невозможно сдержать.
Он выдал нам абсолютно хрестоматийный пример. Но вот в чем беда. Такое почти никогда не случается в реальной жизни. Бекс разжала губы — видимо, собралась именно об этом напомнить Свенсону. Я положил руку на ее колено под столом и чувствительно сжал. Одного жеста хватило, чтобы Бекс промолчала, кинув удивленный взгляд в мою сторону. Я постарался принять спокойный вид и кашлянул.
— А все-таки было бы неплохо, если бы вы отправили… например… спасательный вертолет, чтобы вывезти население из зоны бомбежки, — проговорил я гладко, продолжая крепко сжимать колено Бекс. — В общем, вы поняли, почему мы не могли позвонить вам заранее. Книга с вашим номером сгорела, как и все остальное.
Конечно, информация из Интернета никуда не исчезла, но это не играло большой роли. Причина, указанная мной, была настолько вопиюща, что директор не мог назвать меня лжецом. С другой стороны, моя речь была очень надуманной. Мы оба прекрасно понимали, что я соврал. Краешки ноздрей Свенсона едва заметно покраснели. Ему было трудно оставаться невозмутимым. Я улыбнулся.
— Очень жаль, — проговорил он. — А теперь объясните, чем мы обязаны чести вашего визита?
— Нам бы хотелось убедиться, что мы трактуем некие события одинаково… Вы помните мою сестру, Джорджию Кэролин Мейсон?
При звуке этого имени Бекс вздрогнула. Наверное, испугалась, как бы я не сорвался с цепи, что со мной происходило при любом упоминании о сестре. Внутри моей головы Джорджия негромко удивленно фыркнула, но промолчала. Но это была моя вечеринка. Думаю, сестра позволит мне рассылать приглашения самостоятельно и тому, кому я пожелаю.
Директор Свенсон кивнул.
— Я видел ее файл. Ее смерть была… собственно, любая смерть — это трагедия… Но то, что совершила ваша сестра, — даже после начала активации процесса… Просто поразительно. Наверное, вы очень ею гордитесь.
— Она погибла на работе, — сказал я, пытаясь сохранять спокойствие. — Именно так, как и хотела.
— Уверен, вас это утешает, — произнес директор.
Похоже, он действительно так думал. Я крепче сжал коленку Бекс. Мне понадобилось все самообладание, чтобы я смог разжать пальцы. Бекс не издала ни звука, хотя ей наверняка пришлось несладко.
— Если честно, я бы предпочел видеть ее живой и сердитой, а не мертвой и счастливой, — выговорил я наконец, положив ладони на стол. — Если вы смотрели ее файл, то должны знать: Джорджия страдала от поражения глазной сетчатки вирусом Келлис-Эмберли.
— Да. Удивительно — она столь многого добилась при таком серьезном заболевании.
Странно, но мне даже удалось улыбнуться.
— Вы правы, но теперь мне необходимо закончить одно ее важное дело.
— Вот как? — Свенсон пытливо на меня поглядел. — И над чем же работала ваша сестра?
— Над локализованными вирусными поражениями. Понимаете, через группы поддержки и переписку она была знакома с множеством людей…
Группы поддержки? — в ужасе произнесла Джорджия. — Я ни разу в жизни не вступала в подобные сообщества.
Не обращая внимания на голос сестры, звучащий в моей голове, я продолжал:
— …и она начала обращать внимание на некоторые тревожные факты.
То ли у меня разыгралось воображение, то ли директор действительно оцепенел.
— У нее сложилось впечатление, что ее друзья умирают чаще, чем другие люди. И даже чаще, чем мои знакомые, а они, кстати, ирвины. Джорджия почувствовала, что здесь кроется реальная угроза. И она начала докапываться до истины.
— Но я не заметил в ее файле никаких зарегистрированных запросов, — вымолвил Свенсон бесцветным голосом. Директор не выказал ни удивления, ни гнева. Он словно потерял нить разговора.
— Она не посылала запросов в ЦКЗ, — вдруг отрапортовала Бекс.
Я позволил ей взять инициативу в свои руки. К блефу она подготовлена получше, чем я.
— Джорджия решила, что если не найдет никакой закономерности, то не станет вас беспокоить, а если обнаружит… — Неоконченная фраза Бекс повисла в воздухе. Она пожала плечами и сказала: — Ведь это — настоящая сенсация. Локализованные поражения опасны. Мир должен был обо всем узнать… с ее помощью. Если не она, то кто?
— Полагаю, ее записи погибли вместе с вашим телефонным справочником? — спросил директор, переведя взгляд на меня.
— О, нет, — ответил я. — На самом деле я просматривал их совсем недавно. То есть я в научных вопросах не большой специалист, но кое в чем разбираюсь. И моя сестра оказалась права. Показатели смертности просто безумные. Некоторые из пациентов статистически должны были прожить до старости и успеть понянчить своих правнуков. В итоге нужно пересчитать общие показатели смертности по стране, поскольку мы говорим об очень серьезных погрешностях. Но есть и другая гипотеза. Получается, что люди, страдающие локализованными вирусными поражениями, действительно умирают значительно чаще и в намного более раннем возрасте. — Я скорчил рожу в лучших традициях «большого тупого ирвина» и спросил: — А вы как считаете?
— Раз уж вы об этом упомянули, у нас есть ряд документов, подтверждающих выводы, сделанные вашей сестрой. Жаль, она не успела поделиться с нами своими наработками. Было бы очень приятно вместе посотрудничать. — Директор встал, а нам с Бекс дал знак оставаться на местах. — Простите, я отлучусь на пару минут — схожу за материалами по данному вопросу. Думаю, вам будет интересно с ними ознакомиться.
— Спасибо, — сказал я, махнув Свенсону рукой на прощание.
Он кисло улыбнулся, развернулся и проворно выскочил из переговорной комнаты, захлопнув дверь. Видимо, его действия были очередной из мер предосторожности, принятых в стенах ЦКЗ… или он просто хотел нас попугать.
Откинувшись на спинку стула, я вытащил из кармана мобильник и стал вертеть его в руках. Я беспечно усмехнулся:
— Здорово, что он готов поделиться данными своих исследований.
Одновременно с этим я написал Бекс смс: «Он что-то замыслил. Осторожнее».
Девушка ни чуточки не удивилась, когда зазвонил ее телефон. Отцепив его от ремня, она посмотрела на дисплей, начала набирать ответ и непринужденно говорить:
— Конечно, ЦКЗ нам поможет. У них найдутся все записи до единой. А Джорджия была чересчур упряма.
«Ты так думаешь? Директор умчался с такой скоростью, словно его электрошокером саданули. Наше присутствие его совсем не радует, а разговор только напрягает» — таков был вердикт Бекс.
— Ну, ты же знаешь Джорджи. Настырная, как баран, — согласился я, набивая новое сообщение: «По крайней мере, теперь ясно, что задействован не только Мемфис. Ты по дороге в ЦКЗ пути отступления продумала?»
— Но это было ее самое лучшее качество, — резюмировала Бекс, занявшись клавиатурой мобильника.
«Никаких путей отступления нет. Можно уйти только туда, откуда мы пришли. Здания устроены как гигантские ловушки. Если происходит вспышка, персонал должен оставаться на своих местах и ждать прихода помощи», — прочел я.
— Точно, — согласился я и послал ответ: «Просто восторг».
Пока Бекс возилась с телефоном, я достал из кармана один из «жучков» — безупречное изделие Баффи. Приобрести подслушивающие устройства можно легально или на черном рынке. Выбор очень большой. Кстати, удобнее всего пользоваться почтой — тогда заказчика будет крайне сложно обнаружить. Я полюбовался «жучком» — Баффи была настоящим профессионалом. У меня снова пискнул мобильник.
«Эй, ты сам решил заявиться в ЦКЗ без предупреждения. Но у меня есть одна идея. Может, стоит немного разведать местность, пока директор не вернулся и не сцапал нас?»