— Самое печальное, и я могу об заклад побиться, — у них для нас заготовлено еще немало мерзких сюрпризов. Осталось только ждать.
Я сделал глоток колы, внимательно наблюдая за лицом Келли — не выдаст ли она себя какой-нибудь гримасой. Но она держалась лучше, чем я ожидал. В ее глазах я видел только изнеможение — физическое и умственное. Нам самим было к такому не привыкать.
— Ладно. Мы выбрались оттуда целыми и невредимыми. Неплохой результат. Аларих, как наши рыночные дела?
— Подскок на пять пунктов, судя по последним данным, что вызвало жуткое возмущение у наших ближайших конкурентов. Трое из них вопят о фальшивке. Еще двое утверждают, что мы рискуем своими лицензиями — ведем себя слишком смело, желая повысить свой рейтинг.
Я фыркнул.
— Интересно… «Вести себя слишком смело» — теперь уже не признак профессионализма? Дилетанты. Пусть сами поищут для себя потенциально смертельные заговоры в коридорах власти.
— Именно, — кивнула Мегги и принялась убирать тарелки в буфет. — Думаю, одного заговора более чем достаточно, а они, между прочим, множатся с каждым днем. Я практически уверена, что во второй раз нам повезет гораздо меньше.
— Справедливо. — Я бросил опустевшую банку в бак для переработки мусора. — Ты говорила о запеканке?
— Да. А ты обещал нам все рассказать.
Мегги убрала последние тарелки, надела кухонные варежки и открыла дверцу духовки. Оттуда она достала керамическую форму с крышкой, из-под которой исходил поистине райский аромат. Мегги водрузила горячее блюдо на стол.
— Первым делом — кофеин, потом еда, а в конце — сказки на ночь.
Я взял вилку из сушилки для посуды и уселся за стол. Вблизи запеканка благоухала еще более аппетитно. Бульдожки были со мной солидарны. Двое мгновенно прибежали из соседней комнаты и уселись у моих ног в позе профессиональных попрошаек.
— Напомни мне, — произнес я, прожевав первый кусок, — почему мы раньше к тебе не переселились?
— Потому что я обитаю в захолустье, а такое место жительства годится только для сочинителей. — Мегги продолжала убирать посуду. — А сейчас мы все тебя внимательно слушаем. Давай же, а то смотри — заберу у тебя ужин.
— Ни за что. — Я решительно воткнул вилку в свою порцию. — Вы много наших записей просмотрели?
— Достаточно, — мрачно ответил Аларих.
Я кивнул.
— Отлично.
Я подцепил вилкой очередной кусок, проглотил и приступил к рассказу — начиная с того момента, когда мы с Бекс отъехали от «Холидей Инн». Большая часть пребывания в ЦКЗ была отлично документирована нашими видеокамерами. К сожалению, нам пришлось взять примитивные записывающие устройства, а не настоящую полевую аппаратуру. Эти маленькие камеры многое упускали — к примеру, мимику и ужимки директора Свенсона. Кроме того, нам ничего не удалось заснять во время пробега по эвакуационным туннелям.
— Запись обрывается после того, как вы прошли через дверь после стеклянной перегородки, — пояснил Аларих. — И возобновляется, когда вы выбрались наружу.
— Правда? — Я бросил взгляд на Келли. — Вы знали, что так случится?
— Нет, но я предполагала. Туннели солидно экранированы, чтобы не произошло загрязнение окружающей среды, если действительно понадобится стерилизация. Во время учений мы не должны были задерживаться там надолго.
— Радиация? — спросил Аларих.
Келли пожала плечами.
— Если честно, я не в курсе. Извините.
Пока они переговаривались, я успел проглотить еще несколько кусков, почти не жуя. А затем я вымолвил:
— Ясно. Значит, записей с воем зомби у нас нет. В любом случае там было довольно темно, но если только экраны не поджарили нашу электронику…
Келли покачала головой. Она дала понять, что такого в принципе случиться было не должно. Верно — ведь в ЦКЗ могли установить везде собственные записывающие устройства. Логично. Случись аварийная стерилизация — им сперва нужно было бы понять, почему произошла авральная ситуация.
— Ну, тогда хотя бы звуковую дорожку можно было вычленить.
— Не забудьте про красивые янтарные огоньки. Они, пожалуй, стоят парочки скриншотов.
Мы все обернулись на звук голоса Бекс. На ней был один из банных халатов Мегги, запахнутый на талии. Волосы у Бекс были взъерошенные и немного влажные.
— А где запеканка? — спросила она. — Я такая голодная, что могу собаку съесть.
— Не стоит, — ответила Мегги. — Их станет сложно воспитывать, если они почуют, что люди собираются ими закусывать. Твоя порция в духовке.
— Ты просто ангел.
Бекс стрелой метнулась к духовке, напрочь забыв обо всем в преддверии вкусного ужина.
Я снова запустил вилку в еду на своей тарелке и, подцепив кусок курицы из запеканки, вернулся взглядом к Келли.
— Итак, док, вы славно потрудились, вытащив нас через туннели ЦКЗ. И сообразили быстро.
— У нас каждый месяц проводят учения с эвакуацией и имитацией вспышек инфекции. Таким образом в реальных условиях можно снизить число жертв до минимума, — объяснила она. — Между помещениями существуют некоторые различия, но они невелики. К тому же планировка главного здания всегда одинаковая. Кроме того, раз в год сотрудников переводят из одних кабинетов в другие и снова проводят тренировки, чтобы мы не зацикливались на знакомых ориентирах.
— Например, белая дверь, еще одна белая дверь… а вот и самая любимая белая дверь?
Келли позволила себе едва заметно улыбнуться.
— Что-то в этом роде. Но одинаковые коридоры не являются проблемой. Главное здесь — сноровка.
— Получается, вы запоминаете наизусть планировку каждого здания? — спросил Аларих с неподдельным интересом.
Келли кивнула.
— А вы могли бы нарисовать план, если я снабжу вас несложной компьютерной программой?
— Думаю, да. Почему вы спрашиваете?
— Потому что, вероятно, это был не последний наш визит в ЦКЗ. В следующий раз я бы предпочел не рассчитывать на переговоры по открытой телефонной линии, — ответил я вместо Алариха.
Келли кивнула.
— Аларих, — добавил я, — найди в открытых базах данных информацию, чтобы проверить рисунки дока.
— В открытых базах аварийные туннели на чертежах обозначены не будут, — заметила Келли.
— Лишняя информация никогда не помешает, — сказал я и одарил ее широкой улыбкой. — Уверен, в открытом доступе обязательно будут подробные планы тех зон, куда может пройти простой смертный. А вы, в свою очередь, освежите память. Дело не в том, что я вам не верю. Просто нужно все предусмотреть. И, между прочим, после встречи с доктором Эбби у меня появилось ощущение… вы явно что-то не договариваете. Наверное, считаете, что мы будем переживать.
Черты лица Келли посуровели. Я было подумал: сейчас она возмутится и оскорбит меня. Остальные тоже заметили ее реакцию. Аларих резко отодвинулся на стуле от стола. Бекс и Мегги замерли. Казалось, весь дом затаил дыхание. Наконец Келли недовольно покачала головой.
— Вполне справедливо. Теперь я с вами заодно, нравится вам или нет. Полагаю, нам всем придется научиться доверять друг другу.
— Согласен, — подтвердил я.
— У меня только один вопрос, — вмешался Аларих. — Откуда нам знать, что в ЦКЗ не проведут исследование аудиозаписи наших разговоров по мобильному? И вообще, вдруг они поймут, что Келли жива? Меньше всего нам нужна еще одна бомбардировка.
— Поэтому нам надо научиться от них скрываться. — Я отодвинул от себя недоеденную запеканку и встал. — Стоит внимательно следить за новостными лентами — не обвинит ли нас кто-нибудь в краже личности.
— Что вы имеете в виду? — удивилась Келли.
— Похоже, скоро мы узнаем. — Я отошел от стола и обратился к Бекс: — Как только поешь, обнови сайт. А я выгружу на сервер видеоматериал, который мы еще не передавали. Аларих, пожалуйста, за час управься с чисткой и скриншотами.