* * *
Иду по коридору студии. Меня будто магнитом тянет в сторону гримерных. Странно. Слушаюсь своих инстинктов. Поравнявшись с дверью с надписью «Ильина К.С.» слышу голос Барно:
- Детка, что ты ломаешься, как целка? Давай перепихнемся. Типа репетиция.
- Артур, я Вас не понимаю, - взволнованный голос Катеньки.
- Кончай вые***ться, кончу в тебя разок, и отстану, - ржет Барно. – Нам же все равно в кадре трахаться.
Сжимаю кулаки, собираюсь войти и «объяснить» этой «звезде» недоделанной, как надо общаться с девушками. Но меня останавливает то, что могу напугать мою девочку. Блин, не твою, Дэн, не твою!
- Но там мы будем только изображать. Это все искусство, - слышу дрожь в голоске Катеньки.
- Ага, я тебя очень искусно вые**у! – язык Барно заплетается.
Походу он уже успел догнаться.
Слышна возня.
- Помогите! – вскрик Кати.
Врываюсь в гримерку. Катенька вжалась в стену, а Барно над ней нависает. С голым торсом. Рубашка валяется на полу. Лучше бы не раздевался, отмечаю вскользь. Ручки – ниточки, даже ни намека на бицепсы. Намечается пивной животик.
Барно меня не замечает и расстегивает свои брюки. Пальцы его не слушаются. Одним прыжком оказываюсь позади Артура. Хадака-дзимэ, прием, который я часто использую на съемках, когда работаю против «плохих парней». Захват предплечьем правой руки шеи Барно. Левой рукой надавливаю на кисть правой. Правым коленом удар под колени «звезды». Шаг назад. Тяну за его плечи вниз. Аккуратно укладываю обмякшего Барно на пол. Он без сознания. Но я четко умею рассчитывать силу. Пара минут и этот чудила придет в себя.
Все мои действия заняли несколько секунд. Прыжком гепарда оказываюсь около Кати. Она дрожит, в глазах читается испуг. Прижала свои изящные ручки к груди.
- Все закончилось! Не бойтесь. Я рядом, - говорю спокойно, ловлю взгляд девушки.
Она поджимает свои пухлые губки и… бросается ко мне. Прячется на груди. И начинает рыдать. Мой разум отключается и я обнимаю девушку. Мои ладони скользят по ее спине.
- Катенька, милая, не плачь! Все хорошо. Ты в безопасности. Я никому не позволю тебя обидеть, - порывисто шепчу на ушко моей малышке.
Потому что, я чувствую ее своей. Той, кому я так сейчас нужен. Я тот, кто может ее защитить не только от пьяного ублюдка Барно, но и от всего мира.
И Катя успокаивается. Шмыгает носиком. Маленький воробышек.
- Как же я люблю тебя! – чуть не срывается с моих губ.
Но в этот момент начинает шевелиться, лежащий на полу Барно.
- Что, бл**ь такое? – он пытается встать на ноги, но от дозы алкоголя, находящейся в нем, «звезду» заваливает на бок.
Он смотрит на нас. Взгляд остекленелый, безумный.
- Бл**ь, су*а, со мной не захотела еб**ся, а этому сама на х*й запрыгнула! – выплевывает ублюдок.
- Катя, Катерина Сергеевна, извините, - усаживаю девушку в кресло. – Закройте Ваши ушки, пожалуйста.
Подхожу к Барно. Хватаю его за руку и рывком придаю «звезде» вертикальное положение. Бить лежачего – не мой метод.
- Ты, ублюдок конченный. Еще раз откроешь свою поганую пасть в присутствии Катерины Сергеевны… - но Барно не дает мен договорить.
- И, что ты мне сделаешь? – хмыкает мне в лицо этот чудило.
- А вот что, - и ему в морду прилетает почти 500 кг от моего джеба.
Не стал бить в полную силу. Мы с Барно в разных весовых категориях. В моем тренированном теле преобладает мышечно-костная масса. А у «звезды», походу – виски и запрещенные вещества.
Артур нелепо оседает на пол.
- Бл**ь, ты, с**а! Ты знаешь, кто мой отец?! Все, с**а, уволен! – визжит Барно.
- Не ты Смирнова на работу брал, не тебе и увольнять, - в гримерку входит Филин. Затем обращается ко мне – Денис, что произошло?
- Ничего, просто поучил «звезду» хорошим манерам, - делаю шаг и заслоняю собой зареванную Катю.
- Тебе в кадре адреналина не хватает? – хмурится режиссер. – Ты знаешь, я с неадекватами не работаю.
- Да? – бросаю взгляд на Барно.
- Этот не в счет, сам понимаешь, - Филини достает сигареты. – Если не объяснишь, за что приложил Барно, будем вынуждены попрощаться.
Я молчу. Не могу же я подставить Катю и рассказать, как этот суч**ш ее чуть не изнасиловал. Тем более в гримерке появляются и другие сотрудники съемочной группы. Ну, ясно, тут интереснее, чем в кино.
Режиссер скользит взглядом то по мне, то по Барно.
- Артур? – голос Филина строгий.
- Жорик, Георгий Дмитриевич, этот муд… - начинает «звезда», но взглянув на меня сбавляет тон. – Этот Ваш каскадер налетел на меня, и стал бить. Я даже не понял за что. Походу ему на соревнованиях прилетело и теперь он в неадеквате.