— Сомневаюсь! — категорично парировала Лора.
— Опять?!! — грозно нахмурился Карл.
— Ой!.. Не буду, господин Хэкман! Я нечаянно! Это как-то вырвалось! Само собой! — затараторила Лора.
— Все! Молчите лучше! — скомандовал Карл. — А то я передумаю выступать в роли вашего адвоката! Идите и ждите моего сигнала.
7
Оставшись один, Карл немного подумал, потом решительно направился в кабинет Алека. Он заметил, что тот стоит у окна и с задумчивым видом пристально наблюдает за происходящим на улице.
— Карл, иди сюда! — повернув голову, позвал он.
Карл быстро подошел к нему, недоумевая, что же могло так заинтересовать Алека. А тот, кивнув за окно, размеренно, как бы размышляя, произнес:
— Удивляюсь я на женщин!.. Как они ухитряются всегда делать выбор, вопреки здравому смыслу?.. Даже за примером далеко ходить не надо. Взгляни!.. — Алек сделал выразительный жест рукой. — Казалось бы, симпатичная… привлекательная… с виду, умная девушка! Одета с безупречным вкусом! Превосходно движется! Держится с достоинством! Все есть!!! А пожалуйста!.. — с сарказмом выдохнул он, не заметив, что Карл, проследив за направлением его взгляда, ошеломленно поднял брови. Той, о которой так восторженно отозвался Алек, была Лора. Алек, безусловно, не узнал в полностью преобразившейся девушке свою вчерашнюю обидчицу. — Ну? Что скажешь, Карл?.. — продолжил Алек. — Что… объясни мне!.. что привлекло ее в этом расфуфыренном напыщенном павлине? А, Карл?..
Оба молча наблюдали, как Лора стремительно подбежала к молодому человеку, терпеливо ожидавшему ее около роскошного ярко-красного автомобиля.
Внешний вид спутника Лоры, действительно, был весьма ярок и экзотичен. Воображение поражали и фиолетовый легкий пиджак с акварельными розово-сиреневыми «размывами». И широкие мягкие брюки розового цвета, отделанные по боковым швам фиолетовыми и сиреневыми зигзагами. И темно-«чернильная» рубашка в редкую серебристую полоску. И прозрачный длинный шарф сиренево-розового, тоже акварельно-«размытого» оттенка, свободно обвитый вокруг шеи и ниспадавший почти до колен. И того же, что и рубашка, «чернильного» цвета туфли, ослепительно блестевшие на солнце серебряной отделкой.
Не только это, но и великолепная стрижка длинных черных, как вороново крыло, волос, подчеркнуто небрежно, но тщательно уложенных, броская красота правильных черт выразительного лица, высокий рост, стройная атлетичная фигура, невозмутимо-спокойная манера держаться словно магнитом привлекали взгляды и пристально наблюдавших из окна Алека и Карла, и случайных прохожих.
Ни молодой человек, ни бросившаяся ему на шею Лора не обращали на окружающих ни малейшего внимания, занятые только друг другом. Они, о чем-то оживленно беседуя, быстро сели в машину и уехали.
— Ну что скажешь, Карл? — повторил свой вопрос Алек, устраиваясь в кресле за столом.
Карл опустился в кресло напротив и неопределенно пожал плечами.
— М-да… Немного… необычно, конечно. Но Алек… Ты судишь несколько… гм… предвзято. Согласись, несмотря ни на что, наряд этого экстравагантно одетого молодого человека подобран со вкусом и выполнен мастерски. Все продумано до мельчайших деталей. И хоть и балансирует на грани, тем не менее, не пошл и не безобразен. На мой взгляд, костюм сделан талантливым художником. И парню, безусловно, идет! Держится он с шиком, но без вызова. Органично. И вообще, согласись, парень чертовски красив! Мне кажется, ты, Алек, не совсем прав, называя его расфуфыренным павлином.
— Пф-ф!.. — пренебрежительно «фыркнул» Алек и поморщился. — Слушай, Карл, а может он?..
— Нет, Алек. Не думаю. Выглядит он, несмотря ни на что, очень мужественно. И потом. Мы же не знаем, какими еще достоинствами он обладает.
— Известно, какими!.. — усмехнулся Алек. — Как же! Красавец! Да еще с таким роскошным «оперением»! От такого шикарного мальчика любая «потеряет» голову!.. А девчонку все-таки жалко… — вздохнул он. — Симпатичная очень… Женственная… Нежная… — Алек помолчал и вдруг воскликнул: Умная, вроде, а того не понимает, что он поиграет с ней и бросит! Такие, как он, беззаботно порхают по жизни, как мотыльки, перелетая с цветка на цветок. Эх, женщины, женщины!.. Руководствуются только чувствами! Только ими одними!
Карл проницательно посмотрел на него и неожиданно предложил:
— Алек, а почему бы тебе не изложить все это ей самой? Вдруг твои доводы убедят эту девочку, о которой ты говоришь сейчас с такой симпатией и жалостью?