Все эти мысли пронеслись в голове Лоры еще до того, как она, проснувшись рано утром, успела открыть глаза. В одно мгновение появилось какое-то невероятно приподнятое настроение и предчувствие чего-то необычного.
В этом состоянии легкой эйфории Лора энергично вскочила с постели, умылась, быстро собралась и поехала к Редфорду. Наверное, думала Лора, ее сегодняшний бодрый оптимистичный настрой объясняется тем, что впереди — ответственный напряженный день, приезд родителей Редфорда, последующий прием. А значит, ей, Лоре, надо быть в надлежащей форме и выполнить все, от нее, Лоры, зависящее, наилучшим образом и не подвести господина Редфорда, чтобы он остался доволен, и, следовательно, тогда они расстанутся благожелательно и бесконфликтно, как и положено здравомыслящим воспитанным людям.
Полная энтузиазма и решимости, Лора в хорошем настроении приступила к работе.
Спустя какое-то время на кухню зашел Алек. Он обменялся с Лорой приветствием, сел на стул и долго молчал, наблюдая за ней. Алек догадывался, что Лоре неуютно от его пристального взгляда, да и само его присутствие на кухне мешало ей сосредоточиться. Но уйти не мог, поэтому оставался на месте, легонько постукивая кончиками пальцев по столу.
— Лора… — негромко позвал Алек, наконец собравшись с мыслями. — Да? — откликнулась та, слегка повернув в его сторону голову.
— Я зашел сказать, что еду встречать родителей, — после недолгой паузы сообщил он, и вновь его пальцы несколько раз быстро пробежали по столу.
Лора молчала, с сосредоточенным видом вручную взбивая что-то в глубокой миске.
— М— да… — Алек вздохнул, помолчал, потер рукой лоб, затем опять вздохнул и повторил: — М— да…
Он на долю секунды прикрыл глаза, потом взглянул на невозмутимо державшуюся Лору и вдруг тихо произнес:
— Ты необыкновенно хороша собой, Лора… Необыкновенно хороша…
Его неожиданные слова слегка ошеломили ее. Лора замерла и, удивленно вскинув вверх брови, прямо посмотрела на Алека. Тот открыто улыбнулся, быстро поднялся, шагнул к ней и осторожно сжал ее локти своими ладонями.
— Я давно собирался сказать тебе… Ты безумно нравишься мне, Лора. Больше того… Я хочу признаться, что… — договорить он не успел.
— Господин Редфорд!!!
Ее возмущенный взгляд и холодный категоричный тон не оставили Алеку ни малейшего шанса быть услышанным. И он это сразу понял.
— Если вы, господин Редфорд, продолжите в том же духе, я немедленно… слышите?.. немедленно покину ваш дом. Сию же секунду!
— Но…
— Нет, господин Редфорд. Никаких продолжений. Ни-ка-ких!!!
— Ч— черт! — Алек отошел и стукнул сжатым кулаком по столу. — Ч— черт!
— повторил он, потом упрямо качнул головой и громко и резко воскликнул: — Да выслушай же меня до конца хотя бы один-единственный раз!!!
— Нет.
Лора отвернулась к плите, всем своим видом показывая, что не желает продолжать разговор.
Не отводя взгляд от ее силуэта, Алек долго и напряженно раздумывал, затем бесстрастно, даже холодно спросил:
— Ты отказываешься выслушать меня, Лора?
— Отказываюсь.
— Настаивать, как я понимаю, бесполезно?
— Да, господин Редфорд. Абсолютно бесполезно.
Она вдруг повернулась к нему и твердо повторила:
— Бесполезно, господин Редфорд. ВСЕ, — выделила она, — бесполезно. И прошу вас… Давайте впредь придерживаться деловых рамок в своих взаимоотношениях. Без лирических отступлений. Я не хочу, чтобы вы расценивали это, как шантаж с моей стороны, но… Если вы сделаете хотя бы еще одну попытку «объясняться» со мной, я…
— Ты покинешь мой дом, — усмехнувшись, закончил ее мысль Алек. — Ты не оставляешь мне выбора, Лора. Я вынужден принять твои условия. ВЫНУЖДЕН, — подчеркнул он, затем направился к выходу, но у порога оглянулся и, вновь грустно усмехнувшись, с горечью добавил: — Если бы ты знала, Лора, как дьявольски обидно и досадно, что мои настойчивые попытки добиться того, чтобы ты выслушала меня, каждый раз оканчиваются крахом. Подскажи, Лора, что еще я могу предпринять? Что?!! — с чувством выдохнул он.
Лора неопределенно пожала плечами и тихо, серьезно ответила:
— Хорошо. Подскажу. Вспомните свое обещание… Нет! Клятву!.. и подарите мне фомку, господин Редфорд. Поверьте, это единственное, что вы можете теперь сделать.
Он долго молчал, из-под полуприкрытых век пристально глядя на нее, затем качнул головой и с едва уловимым сарказмом в голосе возразил:
— Ну почему же «единственное»? Ты ошибаешься, Лора.