— Ни в коем случае! Никогда!!! Боже мой!.. Ну что мне теперь делать? Что я скажу родным? Как мне им все объяснить?.. — с тоской и отчаяньем воскликнула она, отпрянув. Лора сцепила руки в замок так крепко, что побелели пальцы.
— Тебе ничего не придется объяснять своим родным, Лора. Это уже сделал я, — спокойно сообщил Алек.
— Вы?!! — брови Лоры удивленно взлетели вверх. — Когда?!!
— Сразу же, как только ты села в самолет, отправляясь на встречу с мужем, — держась все так же внешне невозмутимо, пояснил он. — Я догадывался, как переживают твои родные. Ведь ты летела одна, к практически незнакомому человеку, хоть он и являлся формально твоим мужем. Впереди тебя ждала неизвестность. А я знаю, как любят тебя родители, как всегда волнуются. Поэтому позвонил им и честно признался, кто такой на самом деле Кристофер Эймс.
— Так значит… мои родные… знали?.. Знали и молчали?.. О, Боже!.. — Лора уткнулась лицом в ладони.
Алек осторожно и бережно сжал ее поникшие плечи в своих руках и успокаивающе мягко возразил:
— Ты не должна обижаться на них, Лора. Все далеко не так просто… как кажется на первый взгляд. Поверь, я имел очень и очень тяжелый разговор с Олимпией. Но я просил дать мне шанс. И получил его. Хотя Олимпия оставила за собой право по собственному усмотрению, когда сочтет это нужным, откровенно рассказать тебе обо всем. Я вынужден был согласиться. Она, в силу каких-то причин, этого все же не сделала, но я-то постоянно жил, как на иголках! Поэтому вновь позвонил твоей маме. Выслушать мне пришлось весьма нелицеприятные вещи. Я жутко переживал, оправдывался, убеждал, отчаивался!.. А Олимпия вдруг, совершенно неожиданно для меня, завершила нашу тяжелейшую беседу заявлением, что вмешиваться ни она, ни кто-либо другой в наши с тобой отношения не имеет права и не будет. Олимпия объявила, что с того момента, как ты, Лора, стала замужней женщиной, не они, родители, а я, твой муж, несу за тебя полную ответственность. И что, возможно, мы с тобой всю оставшуюся жизнь собираемся мистифицировать и разыгрывать друг друга, поэтому она сама, Джордж и Стас будут относиться к нашим с тобой супружеским взаимоотношениям нейтрально, принимая их, как должное. И вмешаются только тогда, когда твоей жизни и здоровью будет что-либо угрожать, в том числе, и с моей стороны; или если ты, Лора, сама, по собственной инициативе, обратишься за помощью. В завершение хочу сказать, что у тебя, Лора, замечательные родители! Очень деликатная мудрая мама и умный, сдержанный, понимающий отец. Я безмерно уважаю их.
— Спасибо! Я ваших близких тоже уважаю! — серьезно произнесла Лора и, освободившись из рук Алека, отступила на шаг. — Поэтому прямо сейчас намерена честно объяснить им происходящее. Чтобы на мой счет у них не возникло никаких иллюзий. Никаких!!! Потому что вы и я расстаемся немедленно! Сегодня же!!!
С этими словами Лора решительно направилась к двери. Алек огорченно вздохнул и, сунув руки в карманы, с бесстрастным видом двинулся за ней.
Супруги Редфорд были несказанно удивлены, когда на пороге их комнаты появился не только Алек, но и Лора. Однако своего крайнего изумления ни Отто, ни Нина ничем не выдали.
— Мама, папа, — сразу начал Алек, — Лора… — он вздохнул. — Лора и я хотим сказать вам нечто очень важное.
Родители, как по команде, многозначительно переглянулись, безошибочно угадав ту мысль, которая мгновенно пришла в голову каждого из них.
Заметив это, Алек с опозданием понял, насколько неправильно истолкованы родителями его слова, и помрачнел.
Лора, занятая только собственными чувствами и ни на что вокруг не обращая внимания, быстро произнесла:
— Госпожа Редфорд, господин Редфорд, мы… то есть… я… — она вдруг смутилась и покраснела под оценивающим прицелом направленных на нее глаз.
Лора замолчала, пытаясь сосредоточиться и преодолеть свою растерянность и волнение.
Нина мягко улыбнулась, посмотрела на сына и вновь перевела добрый ласковый взгляд на Лору. А Отто неожиданно подошел к комоду, выдвинул один из ящиков, что-то достал и, вернувшись, серьезно обратился к Лоре:
— Пожалуйста, Лора… Позвольте сначала сказать мне.
Внезапно все заметили, насколько он взволнован. Отто говорил медленно, перемежая слова паузами и слегка задыхаясь.
Лора деликатно ждала, вопросительно глядя на Редфорда-старшего, ответный внимательный взгляд которого светился непередаваемой теплотой.