— Ах! Александр!.. — мгновенно развернулась в его сторону Олимпия. В выражении ее лица что-то неуловимо быстро поменялось. — Вы очень кстати. Проходите, пожалуйста. Располагайтесь. Мы тут обсуждаем персональное дело Джорджа. Вы, как лицо независимое и беспристрастное, будете третейским судьей.
От этого неожиданного и непредвиденного заявления Олимпии Алек буквально обалдел. Он был готов к чему угодно, только не такому!.. И облегченно перевел дыхание.
— Ли, ну что ты придумала? — ласково и мягко обратился к жене Джордж. — Может быть, отложим разбирательство моей особы? До лучших времен?
— Ну уж нет!.. Мне представился уникальный случай! Раз в жизни! И я им воспользуюсь! — запальчиво и горячо возразила Олимпия, загадочно сверкнув глазами.
— Мама!.. — Лора всплеснула руками и покачала головой с нескрываемым изумлением.
Олимпия медленно, не торопясь, вышла на середину гостиной и высоко вскинула вверх подбородок.
— Итак… — торжественно начала она, развернувшись к мужу. — Сегодня я открою всю правду о тебе, Джо. А она такова. Я, вступая с тобой в брак, не подозревала и не догадывалась, что буду иметь дело всю оставшуюся жизнь даже не с двуликим, а многоликим Янусом. Безусловно, ты самодовольно обольщался, считая, что я этого не пойму. Нет! Я все… ВСЕ!.. поняла! Но, увы, слишком поздно. Да я, к твоему сведению, Джо, в первое же утро после нашей свадьбы хотела потребовать развод! — категорично объявила Олимпия и гордо расправила плечи.
— О, Господи! — выдохнул Джордж, сдерживая улыбку. — С чего вдруг?
— А с того, что именно тогда во всей красе проявился твой коварный нрав и изощренный ум!
— Вот это да! Ай— да папа! — донеслось иронично-восторженное восклицание Стаса. — А мы и не знали, что он таков! Как же ловко он маскировался!
— Еще бы!!! — без промедления подтвердила Олимпия, воинственно взирая на мужа.
— И что же сделал Джордж? — осторожно уточнил Алек, с нескрываемым интересом и восхищением посматривая на супругов Хендрикс.
— Вот именно! Что, мама?.. — поддержала его донельзя заинтригованная происходящим Лора.
— О! Когда вы это узнаете, то упадете в обморок! — Олимпия выдержала длительную паузу и, насладившись произведенным эффектом, продолжила: — Так вот, друзья мои… В то первое утро начала нашей совместной жизни я, как добропорядочная жена, отправилась на кухню и приготовила на завтрак Джо, который спешил на работу, свой любимый молочный суп.
— Свой? — подчеркнув, многозначительно уточнила Лора.
— Да! — энергично кивнула в ответ Олимпия.
— О, Ли!.. — Джордж оглушительно захохотал, моментально догадавшись, на что именно намекала жена. — В чем же ты меня обвиняешь? Я поступил, на мой взгляд, тактично и благородно.
— Тактично и благородно?!! — повторила Олимпия. По ее виду было ясно, что ее возмущению нет предела.
— Да, дорогая! — незамедлительно подтвердил Джордж, подавляя душивший его смех и изо всех сил стараясь держаться невозмутимо. — И для меня откровение, что тот незабываемый молочный суп мог стать в первый же день нашего супружества основной причиной развода.
— Мог, Джо! Не сомневайся! — Олимпия стремительно повернулась к детям и Алеку. — Вообразите такую ситуацию… Я готовлю, стараюсь, подаю на стол суп. Джордж его ест. Я провожаю мужа до двери, он меня целует и нежнейшим невиннейшим голоском заботливо предлагает отведать суп. Коварство Джо заключалось в том, что я, наивная, накануне честно призналась ему, что никогда не завтракаю. Поэтому его просьба сразу насторожила меня. Как только Джо ушел, я устремилась на кухню и незамедлительно продегустировала суп. Да! Признаю! Суп получился немного… В общем, я ухитрилась, очевидно, посолить его раз десять! Щедро! Но я же была новобрачной!!! Мое состояние любой поймет! ЛЮ-БОЙ!!! Только не собственный муж, уверяющий теперь всех в своем такте и благородстве!
— Но я же безропотно съел суп! — горячо возразил Джордж.
— Вот именно, мама! — поддержал его Стас, а Лора и Алек одновременно согласно кивнули.
— Да! Съел! — подтвердила Олимпия и вдохновенно продолжила, по-прежнему обращаясь к детям и Алеку. — Но Джордж не сказал прямо и честно, что я предложила ему на завтрак концентрированную солевую смесь! А поступил коварно и изощренно. И сколько раз за всю нашу жизнь он поступал так же! Джордж вел себя как… как какой-нибудь восточный владыка! Повелевая! Подавляя меня! Единолично распоряжаясь! И при этом яростно сверкая глазами. Вот как сейчас!.. — Олимпия красноречивым широким жестом выбросила руку в сторону мужа.