На всем своем протяжении рассказ Олимпии вызывал дружные взрывы смеха. Хохотал вместе со всеми и сам герой повествования.
— Олимпия, поясните, пожалуйста, так сдал или нет Стас эти тесты? заинтересованно уточнил Карл.
— О, да! — кивнула та.
Джордж в свою очередь иронично добавил:
— Сдать-то он сдал. Но подозреваю, что над Стасом просто смилостивились. Так же, как по физике и химии. Когда Стаса на уроках по этим предметам, равно как и по математике, вызывали отвечать, он глубокомысленно молчал. Объяснял он свое поведение просто. «Одноклассникам, — утверждал он,
— мой ответ неинтересен. А педагог, безусловно, материал знает. Так для кого я должен его излагать?»
— Логично! — одобрил Алек и засмеялся. Потом взглянул на Лору и шутливо спросил: — А у именинницы были какие-нибудь проблемы с обучением?
И сразу пожалел о своем вопросе. Потому что почувствовал мгновенно возникшее общее напряжение и заметил, что на лицо Лоры как будто набежала тень.
Лора на секунду замерла, потом, прямо глядя в его глаза, лучезарно улыбнулась и спокойно сказала:
— Нет, господин Редфорд. У именинницы проблем с обучением не было.
Алеку показалось, что после ее слов обстановка моментально разрядилась. Но происходящее озадачило Алека. Что-то было не так.
— Тогда как с характером… — иронично и многозначительно добавил он.
— О, да! — Лора засмеялась. — И вы это понимаете, как никто другой. Поскольку, как мне кажется, проблема у нас с вами, господин Редфорд, одна и та же!
— До недавнего времени я был убежден, что мой характер…
Алек не договорил, потому что Лора быстро добавила:
— …со знаком «минус», господин Редфорд!
— Как и ваш, Лора? — усмехнувшись, уточнил он.
— Как и мой! — иронично согласилась она.
В их перепалку вмешался Энтони.
— Лорелея, Александр, мне кажется, вы необъективны и к самим себе, и друг к другу. И чрезмерно пристрастны в своих оценках. А ведь персидское изречение гласит, что «Чужой ум можно узнать в какой-нибудь час, но нужны годы, чтобы узнать чужой характер». Тем более, что, по словам Вольтера, «Хорошие характеры, как и хорошие сочинения, не столько поражают вначале, сколько под конец».
— Антуан, ты нарисовал мне и господину Редфорду вдохновляющую долгосрочную перспективу! — опять засмеялась Лора. — Сомнительно только, удастся ли нам в тандеме дочитать сочинение до конца, чтобы выяснить и определиться, какой знак — «плюс» или «минус» мы должны поставить, оценивая собственные характеры! Подозреваю, что результата мы так и не узнаем!