— Я зашла узнать, не требуется ли вам еще что-нибудь, господин Редфорд. Может быть, вам необходима помощь?
— Требуется! — резко выпалил он. — Очень требуется. И помощь необходима. Снимите с меня брюки и облачите, наконец, в пижаму, черт возьми!!!
Агнесса обледенела за долю секунды. Ее взгляд остекленел. А в следующее мгновение она покраснела до корней волос.
Алек смерил домоправительницу изучающим скептическим взглядом, потом в упор воззрился на Лору и с сарказмом заявил:
— А вот ваша единомышленница и сподвижница, Лора! Сестра Агнесса. Из соседнего монастыря. Прошу любить и жаловать! Сестра Лора и сестра Агнесса. Как мило! Кругом, от дверей спальни до постели — сплошная чистота и невинность! С возрастным диапазоном от 23 до 52 лет! И я, 30-летний, где-то посередине. На кровати и в брюках! Беспомощный, как младенец, рядом с вожделенной, страстно желаемой пижамой. В непосредственной близости от собственной сердобольной сиделки. И в некотором отдалении от благочестивой сестры Агнессы. Вот ведь как в жизни бывает!.. А мужчины еще так мечтают попасть в женский монастырь! Глупцы!!! Их ждет жуткая перспектива — провести всю ночь, сидя на постели, в застегнутых брюках и полу расстегнутой рубашке!..
Лора, наконец, полностью справилась с собой, весело посмотрела на него и звонко засмеялась:
— Алек, ну что за ерунду вы тут нагородили!
От ее обращения Алек расцвел и широко заулыбался, а Агнесса, поперхнувшись, громко закашляла и бросилась за дверь.
Алек рассмеялся, потом лукаво взглянул на девушку и спросил:
— Так, значит, ты все-таки поможешь мне, Лора?
— Да, конечно, — согласно кивнула она, хотя при этом вновь отвела взгляд и опустила ресницы.
— Замечательно! — одобрительно и воодушевленно воскликнул он и со скрытой иронией уточнил: — Итак… Мне самому расстегнуть брюки? Или это сделаешь ты, Лора?
Она молчала, нервно покусывая нижнюю губу.
— Ло-ра… я жду…
— Лучше все-таки… вы… сами… А я… потом… с больной ноги… снять… и пижаму одеть… — едва слышно пробормотала она.
— М— да… — усмехнулся Алек, помолчал, пристально глядя на смущенную девушку, потом засмеялся и категорично заявил: — Ну вот что! Отправляйтесь-ка, сестра Лора, вслед за сестрой Агнессой! И дуэтом помолитесь за мое выздоровление! Никакой другой помощи мне, больному, от вас, послушниц монастыря, ждать не приходится. Да молитесь поусердней! И пришлите мне Баррета.
— Я здесь, господин Редфорд! — тут же донесся голос дворецкого. Он стоял у распахнутой Агнессой настежь двери.
— Войди, Баррет! — позвал Алек и, когда тот перешагнул через порог, иронично спросил: — Я надеюсь, тебя, Баррет, отца троих детей, имеющего восьмерых внуков и 40-летний стаж супружеской жизни, не шокирует необходимость стянуть брюки с многострадального больного и переодеть его в пижаму? Или ты тоже записался в послушники монастыря, соседствующего с монастырями сестры Лоры и сестры Агнессы?
Баррет добродушно засмеялся, оценив шутку хозяина, и мгновенно ее поддержал:
— Пока не записался. Но подумать есть о чем. Если ближе монастырь сестры Лоры — я согласен. А если сестры Агнессы — ни за что на свете!!!
Алек и Лора дружно захохотали, так одновременно серьезно и забавно сделал Баррет свое заявление.
Лора направилась к двери, но ее остановил возглас Алека.
— Куда же вы, Лора, уходите? Я не давал разрешения.
Она повернулась к нему и мягко сказала:
— Простите, пожалуйста. Я слушаю вас.
Он прямо посмотрел в ее глаза и тихо попросил:
— Лора… скажи «Алек»… Пожалуйста…
Что-то особенное прозвучало в его интонации, и Лора, понимающе и ласково улыбнувшись, мелодично произнесла:
— Спокойной ночи… Алек…
— Спокойной ночи, Лора, — глухим низким голосом отозвался он.
— Доброй ночи, — благожелательно добавил Баррет, старательно скрывая, насколько удивила его необычная просьба хозяина, с которой тот обратился к Лоре.
Баррет глубоко вздохнул и печально покачал головой, глядя вслед уходящей девушке.
Алек тоже проводил ее долгим взглядом, затем посмотрел на Баррета и грустно произнес:
— Вот так, Баррет… Что скажешь?..
Если бы Баррет знал, что сказать! Но он не знал, и поэтому беспомощно, с отчаяньем, махнул рукой.
8
Лора не могла понять, почему и зачем господин Редфорд настаивал на ее круглосуточном пребывании в его доме. В этом не было никакой необходимости. Что же конкретно входило, в конце концов, в обязанности сиделки — оставалось загадкой для Лоры. Да их, этих обязанностей, попросту не было! Не бы-ло!!!