«Подумать только. Едва она узнала о смерти Вистелла, как примчалась сюда из Инералиса на воздушном корабле. Она умна, но некоторые ее поступки и действия, вместе с ее властью… Когда-нибудь она заработает крупные неприятности».
— Мое почтение, княгиня, — Келиа коротко кивнула старой знакомой.
— Я… я понимаю ваши чувства, — сказала Исфер. — Этот человек защитил вас от смертельной опасности.
«Кревим, как же ей втолковать, что он просто выполнял свою поганую работу?!»
— В какой-то мере, мы все обязаны ему за спасение вашей жизни. Но теперь он мертв и это уже никак не исправить. Вы хотели бы присутствовать на ритуале Двадцати Пяти Откровений?
Сама Исфер с трудом могла бы представить подобное, как церемонию прощания с наемным убийцей, у которого не было ни родных, ни друзей. Однако Келиа вполне могла изъявить желание принять участие в ритуале, и тогда он мог быть осуществим.
Келиа молчала, не глядя на тело, накрытое черной простыней с символом Собирателя душ. Царевна смотрела только на княгиню, отстраненно и задумчиво. На хорошеньком личике девушки не было видно следов горя, но было видно, что известие о гибели Лайнема не прошло мимо ее. Исфер стрельнула взглядом в сторону молодого человека в сером балахоне — он широко и крайне непочтительно ухмыльнулся на слова Исфер.
— Нет, — тихо сказала Келиа. — Я прибыла сюда, чтобы передать тело Лайнема Вистелла этому человеку.
Княгиня еще раз пристально посмотрела не спутника царевны.
— Это, — Келиа освободила правую руку из муфты и мягким жестом указала на своего сопровождающего, — Энджен Маквилифе, Святолик и Наместник церкви Единства Инералиса, член Конгрегации и глава Ордена Предела.
— Добрый вечер, — мягко сказал Энджен и поклонился, продолжая ухмыляться.
Исфер никогда не слышала ни о каком Ордене Предела. Однако титул этого человека красноречиво говорил о многом. Перед ними находился один из высших чинов духовенства.
Княгиня раздраженно тряхнула головой:
— Зачем вам тело этого…
«Преступника», хотела спросить Исфер, но присутствие Келиа вносило определенные коррективы в стиль общения. И это действовало на нервы, вместе с нахально улыбающимся сопляком.
–..человека? — едва сдержавшись, процедила она.
— Позже я все сама тебе объясню, — сухо сказала Келиа. — А быть может, придет время, и ты сама все увидишь.
— Я не понимаю, — княгиня нахмурилась.
— Это неважно, — сказала Келиа тусклым голосом. — А теперь, пожалуйста, кратко расскажите мне о том, что произошло в луговинах Церхега.
— Шесть дней назад один из мелких аристократов, живущих под Керроном, сошел с ума, — мрачно сказала Исфер, исподлобья глядя на царевну. — Мы уже изучили его личные вещи, но до сих пор не совсем понимаем, что с ним произошло. Тогда он убил свою беременную жену и нескольких слуг, после чего скрылся, прихватив с собой улучшенную редкую модель магистрела своего отца. На следующий день его искали местные власти, и небольшая группа, на которую он наткнулся, была им уничтожена. Три дня назад его разыскал отец. Дождь уничтожил почти все следы и было сложно судить о том, что произошло в том месте, где они встретились, но безумцу удалось убить и его. Мы вычислили его путь и оставили засаду. Вистелл и его Серебряный Круг должны были уничтожить его, чтобы тем самым Вистелл смог доказать нам свою преданность и желание повиноваться.
Исфер вздохнула:
— Мы сумели восстановить картину произошедшего в тот вечер, но… Мы или в чем-то ошибаемся, или не понимаем до конца.
— Что это значит? — спросила Келиа.
— Этот сумасшедший… княжич Кэрал Тотис. Он убил их всех в одиночку. Судя по всему, он не очень-то боялся своих убийц… Даже не скрывался от них. Более того, наши эксперты уверяют, что в него стреляли и даже попали, по крайней мере несколько раз. Мы не понимаем, как он смог выжить и уйти оттуда живым.
Келиа молчала. Исфер размышляла над тем, что стоило ли в ее состоянии узнавать все то, что случилось.
«Что ж, она сама просила об этом».
— Серебряный Круг будет сформирован заново. Потребуется значительное время на поиск и отбор кандидатур. Лаув пока временно останется без присмотра Капеллы.
— Где Тотис сейчас? — спросила царевна.
— Мы потеряли его след, великая царевна, — подал голос Малкис. — Мы не знаем, куда он направился после того, как уничтожил Серебряный Круг.
— Клейбэм? — предположила Келиа.
— Сомнительно, великая царевна. Но мы оповестили жандармерию и близлежащие гарнизоны.
Келиа молчала, посмотрев на тело на столе.
— Покажите мне его, — тихо попросила она.
«Не стоит», хотела было возразить Исфер, но поняла, что это бесполезно. Пусть смотрит, если так хочет.
Она приблизилась и рывком откинула черную ткань с головы мертвеца. Исфер ожидала, что царевна отпрянет, вскрикнет от страха, но ничего этого не случилось. Келиа достойно вынесла зрелище синюшно-бледного лица, пересеченное старым шрамом. Исфер не стала говорить ей, что Вистелл погиб не от рук Тотиса. Судья Серебряного Круга убил себя сам, выстрелив из магистрела себе в рот.
«Будем надеяться, что ей не захочется узнать эти детали».
Княгиня молча смотрела на царевну. Келиа кивнула, давая понять, что этого достаточно, отступив прочь и прикрывая рот ладонью. На ее глазах заблестели слезы. Исфер, закрывая лицо мертвеца, с горечью подумала о том, что эта девушка и вправду любила его.
«Нет, нет. Любит до сих пор».
Она не стала расспрашивать царевну подробнее о том, зачем ей тело Вистелла. Исфер пристально взглянула на Энджена — присутствие этого человека и цель царевны, прибывшей сюда, не могли не настораживать.
«Превеликие боги, уж не канонизировать ли они его хотят?»
Исфер отступила в сторону, скрестив руки на груди. Ей оставалось надеяться, что тело Вистелла, в лучшем случае, будет захоронено где-нибудь неподалеку от окраин Инералиса в самое ближайшее время.
«Жаль, что Тотис ушел… Но он помог нам избавиться от этого выродка Вистелла. Это будет лучшим завершением для этой затянувшейся истории с неуловимым наемным убийцей».
Кэрал не понимал.
Он не мог понять, почему он жив до сих пор. Почему Собиратель душ отказывается забрать его душу, не смотря на все то, что с ним происходило. Почему он до сих пор не свалился от голода и жажды, и почему он не ощущает их. Почему он так упорно идет на зов, следуя на север луговин Церхега.
«Перстень», думал княжич, продолжая шагать вперед, «все ответы таятся в нем».
Да, все началось именно с этого украшения. Оно вело его к тому, кто был создателем этой вещи. Кэрал смутно догадывался, что именно тогда он узнает, что с ним происходит и произойдет в дальнейшем. Пока что ему оставалось лишь надеяться на то, что таинственная магия перстня не откажет в последний момент, и он не умрет здесь, в глухой чащобе северных лесов луговин Церхега в одиночестве и темноте. От этой вещи, покоящейся на его пальце, зависела вся жизнь Кэрала. Без перстня он уже не сможет жить.
К этому моменту княжич не ощущал практически ничего. Вместе с голодом и жаждой почти полностью исчезло чувство усталости. Кэрал все же ощущал ее, слабую и малоприметную настолько, что он не мог сказать, чувствует ли он ее на самом деле или же это нечто вроде рефлекса его изменившегося организма на долгий путь, пройденный пешком. Если днем он мог бы визуально сориентироваться и определить что движется правильно, то глухой и непроглядной ночью его вели совершенно иные чувства. Кэрал думал, что теперь он окончательно уподобился зверю, которому в темную пору не обязательно нужно зрение. Он затруднялся описать эти чувства, но ему удавалось идти вперед даже ночью, не сбиваясь с дороги и минуя различные препятствия. Он чувствовал, что движется в верном направлении, не плутает и не кружит на одном месте. Княжич больше не останавливался на ночлег ни в одной деревушке или городке на окраинах Клейбэма, обходя их стороной. С момента той резни, когда его подкараулили воины Серебряного Круга, прошло уже больше двух суток, и княжич продолжал шагать до сих пор, как заведенный.