— Ездить? — Михал Борисыч почесал лоб. — Эм, ну это ж на всю ночь расстянется. Что-то мне кажется, что в сообщении не то имелось ввиду…..
— Да не трухуй ты так, я с Лилей уже лет десять как в одной связке, накурочился. Помню однажды она сказала “Чашка между ног дракона “... Вот тогда-то меня чуть в дом скорби не увезли. Но после того, как “Мулен Руж” заценил, так всё и пошло — по спер… маслу.
— А хавчик–то у нас будет? В дороге, ведь, знаешь ли голодуха наступает раньше…. А? — Борисыч совсем уже отчаялся вернуться к обычной жизни со строгим распорядком дня и режимом питания, но и сидеть голодным не намеревался.
— Хавчик — да. А вот водяра для нас под запретом. Напьемся — никакие будем. В доску. Женщин не ублажишь — ведь правда же? Борисыч, а?
Выехавшие на Кольцевой Крампус с Борисычем за обсуждениями очутились на Красной. Туман, опустившийся в этом месте, будто рассеивался вокруг машин, пропускал их вперёд. Борисычу такое видение показалось диковинным, а Крампус заворачивал — на Церковную.
— Вот здесь, дружище, пару тарелок картошки с отбивными и салатом из квашеной капусты возьмём, а попить — чай марокканский с мятой и мёдом. А если не хочешь, то я себе. Страсть, как мясо обожаю. Поджаренное с корочкой, да. — Крампус цокнул языком от удовольствия. “Змеиный у него как будто?” — Михал Борисыч увлёкся картошкой с котлетой и запамятовал поинтересоваться.
После сытной пищи оказалось намного легче. Крампус несся, обгоняя лихо автомобили на дорогах, словно участвовал в Формуле–1, сворачивал к подъездам, подвозил кашляющих от папирос стариков да старух наровящихся погладить Михал Борисыча по волосам на голове, кивал, здороваясь, другим водителям такси и с остальными хамоватыми на вид типами. Завозил Михал Борисыча во дворы розовых домов, ожидал дам нелегкого поведения и без умолку трещал, словно сорока:
— Догадывался ли ты, что твоя соседка — Липатова — из наших краёв? Даже дружила когда-то с одним из мужичков. Не слыхивал? Как же так? Ведь, беззубые старухи вечно разносили по умам такие баснословные сплетни, что я, прослуживший уже достаточно много времени под началом Лили, диву давался: откуда у людей такая бурная фантазия? Да и суть ведь не в этом, а в том, что этот из наших был. А рогища имел какие? Эти рогища были всем рогища рога! Подлиннее да помощнее моих. А закрученные аки у горала. Но и это ещё не всё. Его–то мамаша с вампиром и чёртом в одну ночь кутила. Кувыркались на кровати. Сексом занимались. Чёрт её даже на рога насаживал. Так вот разродилась она аккурат после шести месяцев. Крупный здоровяк появился на свет! Аж акушерка божиться да креститься стала. Ребенок–то с рогами да клыками вышел! А вообще, знаешь, наших среди вас полно.
— Н–наших?
— Ага. Да наших! Натурально. Были б ихины, то я б сейчас за баранкой не сидел. Да и вообще нигде не сидел.
— Стало быть ты — полукровка? — Борисыч с раскрытым ртом посмотрел в зеркало. — А может быть ты всё врёшь? Пытаешься из меня дурака скорчить? И рога у тебя проделанные?
— Ой, блин блинской! Ты хоть голову свою обуздай и мозгами пошевели! Да поразмысли, кому ты хренов кусок нужен, чтоб тащиться с тобой через двадцать миров да на край света? Если б пошёл один, то уже лежал в луже в первой же подворотне и крякал невнятно! Работёнка–то не из лёгких. Лиля тебя предупреждала! Работать во “Вселенской канцелярии” — не мешки с сахаром тягать да хлеб покупателям отпускать! Здесь такое может быть, что твоя жизнь прошлая, вдруг окажется и ничего так!
— Постой–постой…. Минуточку. Хотя, чего это я? При свете–то дня я ни тебя, ни Лилю вообще толком не видел. Зима, холода, пасмурно вечно в этом богом забытом углу. Жопа мира. Это всё не сон, а правда. Стопе! А Лиля? Она из ваших?
— Да не трухуй ты! Лиля, она и есть Лиля. С людьми у нас другой уговор. Видел ли ты когда-нибудь “Сонную лощину” с Деппом в главной роли? Старина Бёртон думаешь с потолка всё взял? Магия. Алхимия. Ведьмы. Всадник без головы. Заклинания. Порча. Проклятья. А вот Хичкок, например “Птиц” своих с потолка содрал?
— Карен?
— Шахназаров–то? А как же!
— Неужели, они все у тебя учились?
— Совсем ку-ку? Не дорос я. Я всего лишь этот как его? Подмастерье! Вот. Подмастерье и мое дело правое! Подвозить, болтать чепуху или как у нас с тобой сейчас — ублажать всех подряд. Слушай, дружище, а мы с тобой уже прибыли. Ты силён и крепок, бряцаться без чувств не….?