— Надеюсь, у вас не будет проблем с адаптацией. Школа у нас хоть и небольшая, но дружная. Мы ценим дисциплину и не терпим нарушений. У вас есть ко мне вопросы?
Ваня помотал головой, чувствуя, как под мышками проступает холодный пот.
— Тогда идите. Классный руководитель, Анна Сергеевна, уже предупреждена и ждёт вас в кабинете 10-Б.
Выйдя из кабинета, Ваня облегчённо выдохнул, прислонившись к прохладной стене. Анна Сергеевна... Интересно, что за фрукт? — подумал он без особого энтузиазма и поплёлся на поиски.
Класс 10-Б оказался на втором этаже. Ваня брёл по коридору, сверяясь с номерами на дверях. Наконец он увидел нужную табличку. Из-за двери доносился гул голосов — смех, обрывки фраз, чьё-то громкое «Да ты гонишь!». Собравшись с духом, он постучал.
— Войдите! — раздался мягкий, приятный женский голос.
Когда Ваня вошёл, в классе на секунду воцарилась тишина — десятки любопытных глаз уставились на него. Он физически почувствовал их взгляды: они ощупывали его, как сканеры, — от взлохмаченных волос до стоптанных кед. За учительским столом, заваленным тетрадями и книгами, сидела молодая женщина с добрым, открытым лицом и огненно-рыжими кудрями, которые, казалось, жили своей жизнью, пружиня при каждом движении.
— А, это, наверное, Ваня? — спросила она, приветливо улыбаясь. Улыбка у неё была тёплой, заразительной. — Добро пожаловать в наше царство-государство! Я — Анна Сергеевна, ваш классный руководитель и учительница литературы. Ребята, давайте встретим нашего новенького как положено — он теперь часть нашей команды!
Класс ответил нестройным, но в целом доброжелательным хором приветствий, и даже кто-то хлопнул пару раз. Ваня почувствовал слабое, но облегчение — его сразу не стали травить. Анна Сергеевна жестом указала на свободную парту у окна, за которой никого не было.
— Присаживайся вот туда, Ваня. После урока я тебе всё подробно расскажу и покажу.
Ваня прошёл к своему месту, чувствуя на себе жгучие взгляды. Отсутствие соседа по парте его даже обрадовало. Свобода. Хоть что-то знакомое. В городе с ним тоже никто не хотел сидеть после той истории. Хотя... была Ника. Тихая, с глазами как у газели и смехом, похожим на звон хрустальных колокольчиков. Она не боялась с ним разговаривать, делилась шоколадкой на большой перемене... Мысль о ней кольнула где-то глубоко внутри — тёплой, но острой иглой, — но он быстро отогнал её прочь. Сейчас не время для сантиментов.
Урок был по истории. Ваня попытался сосредоточиться на рассказе учителя о Петре Первом — тот, кажется, что-то прорубал, что-то строил, куда-то посылал бояр, — но мысли путались, улетая то в город, то к вчерашней стычке с Гришей, то к бабушкиным пирогам. Он украдкой наблюдал за одноклассниками. Класс был пёстрым: кто-то конспектировал с серьёзным видом, двое на задней парте тихо спорили о чём-то, девочка у окна рисовала в тетради замысловатые узоры — то ли цветы, то ли какие-то символы, — и кончик её косы ритмично покачивался в такт движению ручки.
После звонка Анна Сергеевна действительно подошла к нему.
— Ну что, как первые впечатления? Не сильно страшно? — спросила она, и в её глазах читалось искреннее участие.
— Пока... как-то всё непривычно, — честно признался Ваня. Внутри же бушевало: Господи, лишь бы сбежать отсюда поскорее!
— Не переживай, это нормально, — ободряюще сказала она. — Все через это проходят. Давай я тебе быстренько покажу наше хозяйство, а то завтра сам заблудишься.
И она сдержала слово. Неспешная, подробная экскурсия по школе: просторная столовая с запахом компота и свежей выпечки, где толстые поварихи в белых колпаках гремели кастрюлями; прохладный спортзал с потрескавшимися кожаными мячами и шведской стенкой, от которой пахло лаком и пылью; уютная, заставленная стеллажами библиотека, где пахло старой бумагой, клеем и чуть-чуть — яблоками. Она познакомила его с важными людьми школьной вселенной: с суровой, но справедливой библиотекаршей Марьей Ивановной, которая поверх очков оглядела Ваню и сказала: «Будешь книги вовремя сдавать — подружимся»; с усатым и громогласным физруком Дмитрием Степановичем, который хлопнул Ваню по плечу так, что тот присел; с хрупкой и восторженной руководительницей драмкружка, которая тут же попыталась завербовать его в свою труппу.