— Да. А тебе зачем? — Оливия поёжилась и прибавила. — Застегни куртку, мне на тебя смотреть холодно.
— Не люблю ошибаться.
Мальчик отправил в газон плетение. Из него возникли зелёные побеги. Не прошло и минуты, как он протянул маме букет красных роз.
— У тебя есть на вечер планы?
— На сегодняшний — да, — медленно ответила девушка, тяжело осмысливая происходящее.
— А на завтра?
— Тоже.
— Про другие дни есть смысл спрашивать, или я в целом иду к чёрту?
Реакция Оливии состояла из шока и сдавленного смеха, Аслана — из напряжённого ожидания, мама, потеряв от неловкости дар речи, обзавелась взамен него ярким румянцем, и только Эдмунд оставался невозмутим. Будь на мне шляпа, я бы сняла её в знак восхищения.
— Ну? — Эду надоело ждать. — Вопрос вполне конкретный, Пацифика.
Оливия ткнула подругу в бок, поторапливая.
— Как насчёт среды? — мама справилась с мыслями.
— Отлично. Во сколько, где встречаемся?
— Это зависит от того, куда мы идём.
— Кстати, об этом я тоже хотел тебя спросить.
Как он умудряется, говоря подобное, сохранять серьёзное лицо? Этот урок мне точно нужно взять.
Эд тем временем не переставал радовать меня гениальными изречениями:
— Если я буду выбирать, то рано или поздно мы окажемся или в библиотеке, или в неприятностях.
У мамы отвисла челюсть.
До парня, наконец, дошло, что он говорит что-то не то. Он покосился на друга, но не нашёл подсказки.
По-моему, единственный способ исправить положение в его случае — заткнуться.
Нечто подобное промелькнуло в глазах мальчишки, но просто остановиться, очевидно, было юному Эду не свойственно, поэтому парень выдал новый апофеоз бреда:
— Ну, ты подумай, короче. Только давай в разумных пределах. Не дальше пяти километров от города. И с учётом того, что я представитель среднего класса и денег у меня соответственно.
— Романтик, что тут скажешь, — хрюкнул себе под нос Аслан, словно высказывая во всеуслышание мои мысли.
— Ну, знаешь, — заворчал Эдмунд, косясь на друга. — «Я сирота-нищеброд и за черту города никогда не выезжал» звучит хуже.
Я засмеялась в голос. Хорошо, что меня не слышат.
— Не поспоришь.
— Вот и не надо, — Эд сложил руки в замок и вернул взгляд к маме. Ей как раз хватило времени обдумать ответ.
— Как насчёт «Королевского леса»?
— Отлично. Где, во сколько?
— В четыре у ворот.
— Идёт, — мальчик расплылся в улыбке. Он выглядел бодро, держался уверенно, его уже перестало волновать, как плохо прозвучало приглашение.
— Нам пора. Ещё увидимся, — Оливия тронула маму за руку, пресекая исчерпавший себя диалог. Маловероятно, что мама или Эд смогли бы самостоятельно его закончить без новых гениальных цитат.
— До свидания, — мама скованно улыбнулась, обходя Эда.
— А… — мальчик раздумывал пару секунд. — До встречи.
Когда расстояние между парами друзей стало достаточно большим, Оливия усмехнулась:
— Говорить «До свидания» парню, который позвал тебя на свидание — это интересный ход. Я позаимствую на будущее.
— Глупо вышло.
— Да брось, всё в порядке. Он, по-моему, оценил.
— Ты думаешь?
— Однозначно. Ну а теперь скажи, ты действительно хочешь пойти на это свидание или просто не смогла отказать?
— Даже не знаю. Он вроде милый, но порой ведёт себя… — мама поморщилась. — Хочется чем-нибудь ударить.
Воспоминание переключилось на мальчиков.
— Это было на грани, брат, — сообщил Аслан.
— Тупости и клинического идиотизма?
— Нет, идиотизма и повода тебе отказать. Держу пари, она просто была настолько в ужасе, что не придумала, как вежливо тебя послать.
— Бери трюк на заметку.
Воспоминание сменила мамина комната. Свернувшись калачиком на кровати, она орала в подушку. Я знала, что это тот же самый день.
— Пацифика, дай мне… — в комнату вошла моя тётя и, заметив мамино состояние, а затем и слегка помятый букет, закрыла за собой дверь. — Я так понимаю, у тебя есть парень, о котором никто в семье не знает, да?
Мама закивала, зная, что врать тёте бессмысленно. Она всегда говорила, что старшая сестра видела её насквозь.
— Ну, рассказывай, — тётя в предвкушении улыбалась.
Разговор я не услышала — возник туман.
Замелькали короткие воспоминания. Прогулки, совместные уроки, бурные обсуждения всего на свете, мелкие ссоры. Я видела, как формировались привычки, некоторые общие шутки и негласные традиции. На уроках танцев они всегда теперь вставали парой, часто вместе обедали и дурачились.