В дни без наркотиков он не выходил из дома, валяясь на кровати и почти не принимая пищу. Помучившись пару дней, мой учитель опять тянулся к трубке. И курил Эд много. Настолько много, что большая часть выплат «за получение увечья на государственной службе» он спускал именно на смесь и алкоголь, отчего иногда не оставалось денег на еду и уплату налогов. Эдмунд влезал в долги.
В то время мама, словно одержимая, раскладывала по полочкам сохранившиеся у неё вещи бывшего жениха. Она неохотно ходила в академию, на занятиях предпочитала рефлексировать, вместо того, чтобы впитывать новые знания, тоже начала поглядывать на вино, но в откровенный алкоголизм не скатывалась — за ней следили родные. Истерики и приступы плача стали происходить чаще, чем приёмы пищи. Она постоянно доставала Аслана вопросами, но получала только честный ответ, которому не хотела верить: «Я понятия не имею, куда он делся!».
Мне всё это не нравится, можно сразу переключиться на момент, когда всё стало хорошо?!
Магия послушалась, избавляя меня от тяжёлых видений.
Первым «отпустило» Эда. Ну… как отпустило? Ему перестали продавать курительную смесь, советуя сделать более длительный перерыв, чем обычно. Какими меркантильными не были местные торгаши, полуживой парнишка, совсем ещё ребёнок, даже их заставлял вспомнить, что такое забота о ближних.
Что оставалось парню с сильными болями, у которого вдобавок уже выработалась, если не зависимость к наркотикам, то, как минимум, привычка? Начать пить микстуры. В маленьком городе и с этим возникли проблемы. Дело было уже зимой, выдавшейся на редкость холодной и снежной, особенно для этого региона, и дороги занесло, поэтому лекарства не приезжали, а местная травница не вызывала у Эдмунда доверия. Он успел с ней познакомиться и сделать неутешительные выводы: женщина использовала совершенно неэффективные и даже опасные методы лечения.
Через сугробы, постоянно останавливаясь, чтобы передохнуть, замёрзший и уставший парень добрёл до старухи и постучал.
— Здравствуйте, — стоило двери открыться, парень без приглашения вошёл в помещение и сел на пол. — Я посижу немного, Вы не возражаете?
— Чего это ты пришёл к ночи? — женщина закрыла дверь и поёжилась от проникшего в дом холода. Говорила она со своеобразным акцентом, будто чуть шепелявила. Думаю, старуха приехала сюда откуда-то с островов.
— Я хотел купить у Вас кое-что. Несколько ингредиентов.
— Это каких? — бабка прищурилась и предложила, исковеркав слово. — Давай я тебе снадобиеф дам каких надо. Что лечить собрался?
— Нет. Я хочу вот эти травы, — мой учитель протянул листок с названиями и дозировками.
— Упрямый. Ну, это я найду, только что ты из этого мешать собрался?
— Обезболивающее. И кое-что чтоб подавить ломку. Можно, кстати, у Вас пробирки одолжить?
— Пробирки? Нет у меня их. Я всё в ступке мешаю. Если тебе что надо, можешь у меня свои травки мешать, я тебе помогу, пригляжу, что делаешь, но расскажи тогда, что это за составы такие? Ты знахаревским учеником был, что ли?
Эдмунд с трудом поднялся на ноги и, стянув куртку и шапку с шарфом, подошёл к полкам старухи.
— Мой отец был аптекарем, а потом я учился в магической академии на светлом, только вот… больше не колдую.
Старуха не стала задавать вопросов. Пока Эд собирал нужные инструменты, она подбирала порошки, искоса глядя на него.
— А что моих снадобиеф брать не хочешь?
— Вы смешиваете недопустимые комбинации трав.
— А, вот оно чево… Э-нет, знахарёнок, — травница стала доставать и другие порошки. — Дай-ка я тебя научу, как у меня на родине делали.
Воспоминание дрогнуло, самостоятельно пропуская часть. Эдмунд и старуха варили разнообразные зелья, экспериментируя с составами и обмениваясь опытом зелий, что-то живо обсуждая.
Эдмунда снова окунули в родную среду, здесь он чувствовал себя свободно и напрочь забыл о плохом самочувствии. Хотя, наверное, и наглотался чего-то лечебного в довесок. В любом случае занятие пошло ему на пользу.
— Это всё, что было нужно, — Эд сложил в сумку склянки с лекарствами и выудил горстку монет разного номинала. — Сколько я Вам должен?
— Ну… сложно так считать, рецепты новые. Ну… давай, девяносто.
Парень рассчитался и отошёл к двери:
— Можно я иногда буду приходить к Вам? Помогать с работой, — неожиданно даже для себя спросил он. — Ну и просто поговорить. Я как-то не очень здесь прижился.