Нарек вернулся, когда над наполненными тёмным ароматным напитком кружками уже клубился пар. Давтян бросил на край стола журнал — пояснил, что взял его у Порошиных. Александров откупорил бутылку — к запаху кофе в воздухе комнаты добавился аромат коньяка. Аркадий плеснул в кружки по «бульку» и поставил бутылку на пол. Я взглянул на обложку журнала.
«Советский экран», одиннадцатый выпуск — тот самый, который я видел позавчера в руках у своего моржеродобного соседа в поезде. Я придвинул журнал к себе. Присмотрелся к лицу блондинки, изображённой на его обложке. Заглянул в игриво блестевшие голубые глаза, мазнул взглядом по светло-русым волосам, увидел приметную родинку под губами.
— … Сергей!
— Серик, ты уснул? Аркадий уже тост сказал.
Я повернулся к Давтяну, указал пальцем на обложку журнала и произнёс:
— Знакомое лицо. Где-то я его уже видел… и эту родинку. Кто эта женщина?
Нарек покачал головой.
— Серик, ты с луны свалился? — сказал он. — Это же Елена Лебедева. Актриса.
— Которая играла Алёнку в фильме «Три дня до лета», — добавил Александров.
Он снова приподнял на уровень своего лица парящую кружку и сказал:
— Повторяю свой тост. Для тех, кто к нам вернулся. Выпьем за красивых и честных женщин!
Глава 13
На пляж мы снова отправились большой компанией. Она состояла из жильцов трёх комнат.
Порошин нёс на плечах сына. Александров усадил себе на плечи Васю.
Давтян по пути на пляж вновь пристроился рядом с Ритой и Ольгой. Он описывал им прелести ассортимента магазина «Берёзка», что работал в Москве при гостинице «Украина». Нарек утверждал, что в «Берёзке» трудился его «хороший товарищ». Заявил, что «бывал» в этом рассчитанном на визиты иностранных гостей магазине. Рассказал, как «пару раз» отоваривал там вместе с вернувшимися из-за границы друзьями валютные сертификаты.
Державшая меня за локоть Валентина тоже прислушивалась к рассказам Давтяна. Она мечтательно вздохнула и обронила, что «с удовольствием» заглянула бы в этот магазин: «из любопытства».
— Жаль только, что советских граждан в эти магазины не пускают, — пожаловалась Кудрявцева. — Мне так подруга сказала. Один из её дальних родственников в таком магазине работает.
Она лукаво улыбнулась и взглянула на Нарека.
Давтян молодцевато расправил плечи, усмехнулся.
— Конечно, пускают туда не всех, — сказал он. — Валентина, твоя подруга, это правильно приметила. Она умная женщина. Возможно, этот её родственник тоже меня знает. У Нарека Давтяна много знакомых. У меня очень хорошие связи. Не только в магазинах.
Нарек многозначительно указал в безоблачное небо пальцем, пошевелил бровями.
Кудрявцева снова улыбнулась.
— Твоей жене повезёт, — произнесла она. — Будет, как сыр в масле кататься.
— Это ты правильно сказала, Валентина, — ответил Давтян. — Моя жена будет самой счастливой женщиной на свете!
Утренний отдых на пляже начался с соревнования. Заплыв «до буйка» предложил Пётр Порошин. Поучаствовали в нём Пётр, Аркадий и я. Нарек от плавания наперегонки отказался. Он объяснил свой отказ: сослался на неприятные «урчания» в животе (обвинил в них съеденную за завтраком манную кашу). Давтян остался у берега. Он остановился по колено в воде, рядом с наблюдавшими за нашим заплывом Ольгой, Валей и Ритой. Вася и Серёжа за нами не следили — они плескались в море, бросали друг другу резиновый мяч.
Сегодня я хорошо выспался, чувствовал себя полным сил и энергии. Вырвался вперёд с самого старта, не дал своим соперникам ни малейшей надежды на победу. Мне почудилось, что я разрезал волны, подобно дельфину. Лишь около буйка сбавил скорость и остановился. Увидел, что опередил Порошина примерно на три метра. Александров отстал от меня ещё больше: метров на восемь. Я дождался своих соперников (покачивался на волнах, посматривал в сторону пляжа). Принял от Аркадия и Петра поздравления.
Порошин отправился дальше на глубину, Аркадий улёгся на волны: отдыхал. Я неспешно доплыл до берега, не без труда протиснулся через собравшуюся на мелководье толпу (многочисленные купальщики здесь буквально дышали друг другу в затылок). Принял поздравления с победой от болельщиков: Валя даже поцеловала меня в щёку, а Нарек пожал мою руку. Я выбрался на берег, стряхнул со лба капли воды. Окинул взглядом собравшихся на пляже людей. Сообразил вдруг, что разыскивал взглядом… соломенную шляпу.
— Мужчина, скажите, — обратилась ко мне невысокая курносая девица (она появилась неожиданно, точно выскочила из засады), — вы киноактёр или певец? Мне кажется, я видела вас в каком-то фильме или на концерте.