Странная волна проходит через меня, но я игнорирую ее.
— Скорее это знак, чтобы я отвалил. Она на свидании.
Трудно не заметить парня рядом, он сидит, развернувшись к ней. Как раз такой, как я предполагал, ей нравятся: борода, многочисленные татуировки и пирсинг. Черт, он выглядит как тощая версия Декса.
— Может он только пытается ее подцепить, — замечает Джейк.
— Это свидание. Они устроились за столиком. Ее сумка висит на спинке его стула, и он совершенно спокоен.
Чтение языка тела — теперь наша вторая натура.
Джейк кивает.
— Верно подмечено.
Двигаюсь, готовый идти дальше.
— Пошли, пока она не заметила, что мы таращимся на нее, как парочка зевак.
Чесс отворачивается от своего спутника и прячет зевок в ладони. Может она просто устала. Но я вижу скуку на ее лице, и напряженный, «когда, черт возьми, это закончится» взгляд в ее глазах. Я знаю этот взгляд, потому что уже видел его.
— Ты знаешь, — говорю я, все еще наблюдая. — Было бы невежливо не подойти и не поздороваться.
Ухмылка медленно расползается по губам Джейка.
— Конечно, после того, как мы ее заметили и все такое.
Моя ухмылка соответствует его.
— Вежливость — наше все.
— Идеальный джентльмен. — Джейк глубже надвигает кепку на лоб. — Я позабочусь о свидании.
— Ты хороший человек, — говорю я, сжимая его плечо.
ЧЕСС
ДОЛЖЕН СУЩЕСТВОВАТЬ более простой способ найти любовь. Я делаю вялый глоток водянистой водки с тоником и пытаюсь придумать, что сказать Эвану, моему сегодняшнему кавалеру. Что касается свидания, это не самое худшее, из тех что у меня были. Совсем нет. Оно просто неудачное.
И это разочаровывает. Я возлагала на него большие надежды. Внешне, Эван — именно то, что я ищу: теплые карие глаза, полностью татуированные руки, густая, аккуратно подстриженная, борода. Он привлек мое внимание на прошлой неделе, когда мы оба остановились послушать оркестр Зайдеко (За́йдеко (англ. zydeco) — музыкальный стиль, зародившийся в начале XX века в юго-западных областях Луизианы среди креольского и каджунского населения. Характерные особенности — обильное синкопирование и быстрый темп. ) , играющий на Ройял-стрит. Парень был достаточно остроумен и обаятелен, чтобы уговорить меня на свидание.
Сейчас?
Я одариваю его натянутой улыбкой.
— Итак, значит, ты татуировщик. — Отлично, до сих пор ты всего лишь дважды спросила о его работе. — И как тебе это?
О, черт возьми, есть ли кто-то скучнее меня.
Натянутое выражение его лица говорит о том же.
— Не жалуюсь. Я живу ради кожи.
Наверное, у него в голове это звучало лучше.
Я киваю и делаю еще глоток напитка, не упуская из вида, как бармен качает головой, убирая стакан. Да, мы жалкие. Наше свидание сдулось, как старый воздушный шарик. И это обидно. Не от потери конкретно этого парня, а от потери шанса на возможную связь. Простую, обычную связь с другим человеком. С кем-то, кто может прикоснуться ко мне и заставить почувствовать себя хорошо. Прошло так много времени с тех пор, как у меня был хороший секс, что я начинаю забывать, каково это, когда к тебе прикасаются с благоговением. И это чертовски обидно.
Эван вздыхает, и меня обдает запахом чеснока и затхлого сигаретного дыма. Другое дело, что у него ужасное дыхание. И почему я не заметила раньше? Может только сегодня? Это должно иметь значение? У всех время от времени дурно пахнет изо рта.
— Чесс?
Я моргаю, выходя из своего тумана, готовая ответить Эвану, но внезапно понимаю, что это не его голос. Он другой, более глубокий, властный, наполненный врожденной уверенностью. Этот голос хватает меня за позвоночник, как горячая рука, посылая мурашки по коже. Нет, Боже мой, нет, только не он. Он не должен быть свидетелем этого фиаско.
И даже когда эта мысль проносится в мозгу, мое глупое, предательское тело наполняется счастьем.
Собравшись с духом, поворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с моим мучителем, моим спасителем. Финн Мэннус. Из всех баров, во всех городах, во всем мире… из-под козырька потрепанной бейсболки с Микки-Маусом мерцают голубые глаза. В его взгляде столько озорства, что я с трудом сдерживаю улыбку.
— Странно встретить тебя здесь, — говорит он, потеснив меня на сидении. Он практически втискивает свое большое тело между Эваном и мной.
— Кого я так разозлила в прошлой жизни, чтобы заслужить это? — бормочу я, в то время как тело оживает с удвоенной энергией. И правда, я такая врушка, потому что рада видеть его. Губы лгут, но сердце знает правду.
Он так близко, что его теплая рука слегка задевает мою.