Гленн занимался бегом в колледже, однако не попал в профессионалы. Но это не значит, что брат не силен, как бык. Он почти выбивает из меня весь воздух, когда мы обнимаемся, хлопая по спине так сильно, что я закашливаюсь.
— Рад тебя видеть, приятель, — говорит он, отступая на шаг и переводя взгляд на Чесс.
Я представляю их друг другу, приветствую Эмили дежурным поцелуем и справляюсь о её самочувствии. Да, я знал. Просто до сих пор не видел визуального доказательства. Вскоре мы с Чесс устраиваемся в кресте для двоих, и моё семейство начинает не слишком тонко выпытывать информацию.
— Итак, — говорит мама, держа «Маргариту» в руке. — Как вы познакомились?
— Я снимала его обнаженным, — говорит Чесс, прежде чем откусить кусочек тортильи с гуакамоле.
Мама давится напитком, папа сдерживает улыбку, а Гленн открыто смеется.
Чесс замолкает с полным ртом еды, ее кремовая кожа становится ярко-розовой.
— Черт, — невнятно бормочет она. — Я не имела в виду...
— Это была фотосессия для благотворительного календаря, — сообщаю я, сжалившись над девушкой. — Чесс — профессиональный фотограф.
Она слабо кивает и делает глоток напитка.
— Должно быть, Финн произвел хорошее впечатление, — поддразнивает Эмили, подмигивая.
— Господи, Эм, — выпаливает Гленн, все еще смеясь.
— Что? Я всего лишь говорю, что девушка имеет право немного отвлечься, глядя на голого парня.
— О, он был там не единственный голый, — уверяет Чесс, затем понимает, как это прозвучало и морщится. — Я имею в виду, что видела множество других голых парней. Дерьмо.
Мой отец теряет самообладание и начинает хихикать низким, хриплым голосом.
— Черт возьми, — бормочет Чесс, теперь уже красная, как помидор. Нецензурные слова, слетающие с языка, кажется, смущают её еще сильней, и девушка утыкается лицом в изгиб моего плеча. — Убей меня прямо сейчас.
То как неожиданно она потянулась ко мне в поисках защиты и утешения, заставляет сердце сжаться. Я обнимаю ее стройное тело, прижимая к себе.
— Может, выпьешь немного, прежде чем продолжишь беседу, — поддразниваю я, прижимаясь губами к ее волосам. — Ну, чтобы слегка расслабиться.
Маленький кулачок врезается в мой живот.
— Заткнись, — говорит она мне в плечо, дыханием согревая рубашку.
Поскольку в этот момент она моя девушка, я перехватываю её кулак, прижимаю его к сердцу и целую Чесс в макушку. Только подняв голову, замечаю, что вся семья наблюдает за мной.
На лице мамы такое облегчение, она почти готова прослезиться, что вызывает неприятный укол вины. Этот взгляд говорит, что беспокойство осталось в прошлом, её сын больше не одинок, но я слишком её обнадежил. Она переводит взгляд на Эмили, и счастливая улыбка становится шире.
У нее наконец-то будет внук.
Чесс рядом продолжает переживать из-за своей болтливости.
— Не волнуйся, Чесс, — говорит отец, поддавшись вперед и нежно похлопывая ее по колену. — Ты прекрасно впишешься.
Она поднимает голову, откидывая темные пряди волос с лица. Я мгновенно чувствую потерю.
— Сомневаюсь, что кто-то из вас может ляпнуть нечто такое же неловкое, — говорит она отцу с кривой улыбкой.
— Нет, — со смешком соглашается он. — Только Финн. Но мы позволили ему остаться.
— А еще, когда он проигрывает игру, меня в знак сочувствия угощают в баре бесплатно, — добавляет Гленн, подмигивая.
Я так давно не был дома, что уже и забыл, каким Гленн может быть придурком.
Чесс делает глоток «Маргариты», прежде чем ответить.
— Значит, не так уж и часто тебе удается выпить в баре бесплатно.
Именно здесь, в залитом солнцем патио родителей, с терпким вкусом «Маргариты» на языке и хриплым голосом Чесс в ушах, мое сердце, мозг и тело приходят к одному простому соглашению: эта женщина — моя.
Папа начинает рассказывать Чесс о местах, которые она должна посетить в Сан-Диего, а я решаю помочь маме наполнить пустую миску из-под чипсов. Она не нуждается в помощи, но мне надо сказать ей несколько слов.
Едва мы оказываемся на её солнечной кухне, как она переходит к делу.
— Ну ладно, давай покончим с этим. — Она прислоняется к столешнице.
— О, так ты хочешь поговорить о том, как пригласила Бритт на праздники, не обсудив это со мной?
— Я не могу спросить, Финнеган, если ты не отвечаешь на звонки.
Бах.
Со вздохом я прислоняюсь к столешнице напротив.
— Я уже сказал, что сожалею. Мне не следовало тебя избегать. Но иногда ты приставучая как де... черт.