Но не буду обсуждать это с Финном. Мы активно вовлечены в семейную предпраздничную деятельность. Начиная с установки рождественской елки.
Собравшись в большой гостиной, я, Мэг и Эмили наблюдаем, как мужчины вытаскивают из коробок части белого искусственного дерева. Шон негромко дает указания сыновьям, предотвращая споры, пока они пытаются понять, как это собрать. И вскоре трехметровая ель установлена возле окна, подключена к розетке, и мягко светится во всем своем великолепии.
— Знаю, что настоящие ели так чудесно пахнут, — говорит мне Мэг. — И некоторые блюстители традиций посмеялись бы, но я просто обожаю свою белую елку.
Я делаю снимок Финна и Шона, поправляющих ветки.
— А у меня серебристая ель. Вернее была. Наверное, она расплавилась.
Мой смех звучит наиграно даже для собственных ушей. Мег слегка приобнимает меня за плечи, и этот жест до жути напоминает её сына.
— Ну, я рада, что ты здесь, чтобы насладиться этим деревом.
Меня сбивает с толку любовь Мэннусов к тактильным проявлениям чувств. Моя мать продекламировала бы стихотворение о потере и потрепала по руке перед сном. Все эти обнимашки в новинку для меня, и тем не менее, я нахожу это весьма приятным. Особенно потому, что их никогда не навязывают и не заставляют чувствовать себя объектом жалости.
Мег объявляет, что она отправляется готовить свой «особый эггног» , от чего Финн и Гленн начинают хихикать, и я даже знать не хочу почему.
— Тебе не обязательно трудиться, — говорит Эмили, открывая коробки с украшениями. – Иди, повеселись немного и наряжай елку.
Жена Гленна миниатюрна, ее вьющиеся волосы темно-каштановые, почти черные, а кожа ровного смуглого оттенка, что говорит об испанском происхождении. Серебряные браслеты позвякивают вокруг запястья, когда она работает.
— Мне нравится это занятие, — отвечаю я. — Вешать украшения, по-моему, сложней. Куда бы я их не повесила, мне никогда не нравится.
— Гленн такой же.
Должно быть, удивление написано у меня на лице, потому что она иронично улыбается.
— Он ландшафтный дизайнер. Все должно быть идеально, в соответствии с визуальным балансом, иначе Гленн будет нервничать. В то время как я работаю учителем в пятом классе, поэтому научилась плыть по течению.
Я бросаю взгляд на старшего брата, который в данный момент пытается взять в захват голову Финна, и делаю снимок.
— Вы с Гленном давно вместе.
— Откуда ты знаешь?
— Это заметно по тому, как вы общаетесь. Флюиды. Словно вы так давно знакомы, что можете предугадать каждое движение друг друга.
Эмили сияет.
— Это так мило.
— Просто наблюдение.
К счастью, к нам подходит Финн со стаканом эггног для меня и стаканом чего-то, что пахнет горячим сидром, для Эмили.
— Прости, Эм. Особый напиток Мэг не подойдет ребенку.
Эмили смеется.
— Он никому не подойдет. — Она смотрит на меня. — Будь осторожна. Эта штука смертельно опасна.
Эмили направляется к елке, и я наклоняюсь ближе к Финну.
— Мне нравится твоя семья.
— Отлично. Ты им тоже.
Сейчас мы почти наедине, в стороне от всех, но я все равно говорю тихо.
— Они слишком мне нравятся, чтобы лгать им.
Финн выглядит удивленным.
— Ты ведь не делаешь этого.
— Делаю.
Судя по тону, его так и подмывает закатить глаза.
— Разве ты говорила им: «я без ума от вашего сына, и, кстати, у нас крышесносный секс?»
— Кто говорит такую ахинею чьим-то родителям?
Уголки его губ чуть подрагивают.
— Надо признаться, это было бы и правда неловко.
— Хватит меня бесить. Перестань вести себя как идиот. Я приехала сюда играть роль твоей подружки.
На этот раз он действительно закатывает глаза.
— Я пытаюсь все упростить. Не думай об этом как об игре.
— Но это игра. — Делаю глоток напитка, чтобы не наорать на него. И тут же жалею об этом. — Святая жидкость для зажигалок, что, черт возьми, в этом стакане?
— Виски с корицей «Огненный шар». — Финн спокойно похлопывает меня по спине. — Ты здесь, потому что ты моя девочка. И секс ничего не меняет.
Горло горит, сердце грозит превратиться в кашу, а я могу только смотреть на него и вздыхать.
— Финн, ну что мне с тобой делать?
На его лице мелькает легкая улыбка, но взгляд на мгновение удерживает мой.
— Держаться за меня. Уверен, что не подхожу никому другому.
Не успеваю я ответить, как он снова отходит, помогает украшать елку, шутит с Эмили и Гленном. Я фотографирую, ем фаршированные шляпки грибов, блюдо с которыми Мэг поставила на буфет, и осторожно потягиваю адский напиток.