Груди налились, соски напряжены. Делаю глубокий вдох и выдох. Экран становится размытым. Все мысли улетучиваются.
Рука Финна скользит под рубашку. Пальцы слегка шершавые от мозолей, но легкие как перышко, поглаживают кожу. Волна удовольствия пробегает по телу, и я втягиваю воздух, безмолвно поощряя. Он водит большим пальцем вверх и вниз, дотрагиваясь до пупка и задевая пояс брюк.
Ладонь движется выше, и кончик большого пальца касается изгиба груди. Мы оба замираем. Финн снова вздрагивает, прижимая палец к моей обнаженной коже, и издает почти беззвучный стон.
Веки трепещут, желая закрыться. Я прижимаюсь щекой к диванной подушке, ожидая, желая, чтобы он продолжил. Финн согревает дыханием мои волосы, а затем скользит рукой вверх и обхватывает грудь. Тепло и тяжесть ладони так приятна, что я задыхаюсь.
Тело Финна дергается, он придвигается ближе. Рукой поглаживает грудь, мягко сжимая. Так хорошо. Идеально. Дыхание становится резче, бедра дрожат. В темноте, спрятавшись под одеялом, он тихонько меня ласкает, играя с моим телом. Палец касается соска.
— Я хочу тебя видеть, — шепчет Финн, потирая тугую вершинку. — Пососать здесь.
Легкий щипок. Восхитительная вспышка пронзает низ живота, собираясь влажным жаром в моей киске.
Я больше не могу это выносить. Двигаясь как в тумане, перекатываюсь на спину, мое тело покоится в кольце его рук. Это движение заставляет его ладонь соскользнуть прямиком к другой груди. Он собственнически обхватывает её, и наши взгляды встречаются. Никто не произносит ни слова.
Хочу поцеловать его. Хочу этого очень сильно, губы покалывает от потребности почувствовать его вкус.
Мы не можем целоваться. Не здесь. Это создаст шум, и нас заметят. И когда я все-таки целую Финна, то уже знаю, что не остановлюсь на этом. Я хочу его. И вижу, как понимание отражается в его глазах. Это сводит его с ума, но ему нравится. Он упивается этим.
Нахмурив брови и прикрыв глаза, он продолжает ласкать, дразня мои бедные, ноющие соски.
Люблю, когда меня дразнят, когда удовольствие нарастает и медленно доходит до точки. Но это слишком легко сходит ему с рук. Осторожно переворачиваюсь на бок лицом к Финну. Он наблюдает за моим движением, в его глазах светится предвкушение. Удерживая взгляд, я просовываю руку ему под рубашку.
Упругий пресс напрягается под моей ладонью, словно парень боится щекотки. Боже, он такой теплый и твердый. Я глажу, наслаждаясь ощущением его мягкой кожи и тем, как он подрагивает, будто не может решить, отстраниться или прижаться теснее.
Желание быть ближе побеждает, он склоняется ко мне, и скользит бедром между моих ног.
Счастливо вздохнув, я льну к нему, губы находят гладкий изгиб, где шея переходит в плечо. Он так восхитительно пахнет, чистотой, как мыло, и пряностями, словно секс и феромоны. Аромат Финна проникает прямо в мозг, в голове появляется легкость, в то время как тело вспыхивает жаром.
Я облизываю этот изгиб, и парень стонет на выдохе. Ладонь сжимает грудь чуть сильнее.
Улыбаясь, дергаю за пуговицу джинсов, и они расстегиваются. Финн замирает абсолютно неподвижно и довольно рокочет. Такой напряженный. Вкусный. Так бы и съела.
Моя рука скользит под пояс боксеров. Его член поднимается навстречу, горячий и шелковисто-гладкий. Он сильно пульсирует. А в ответ я нежно глажу его по всей длине.
Дыхание Финна становится рваным. Парень дрожит, но почти не двигается, пока я легонько ласкаю его член. Вверх и вниз, слегка сжимая кончик. Финн протискивает свободную руку под меня и притягивает ближе.
Наши тела переплетены, уткнувшись лицом в изгиб его шеи, я глажу его член, пока он пощипывает и играет с моим соском. Это все что мы можем сейчас, чтобы нас не заметили. Бедро, вклинившееся между моих ног, ритмично надавливает в сводящем с ума ритме на мой клитор.
Дрожа, Финн покачивает бедрами, медленно трахая мою руку. Обвожу большим пальцем кончик члена, дразня широкую головку. Толчки усиливаются. Не знаю, кого из нас трясет сейчас сильнее. Я могла бы кончить вот так. Но больше всего я хочу его освобождения. Прижимаясь ближе, посасываю чувствительное местечко на его шее и сжимаю член крепче.
Финн издает мучительный звук, почти всхлип, а потом дергается так сильно, что я едва не выпускаю его из рук. Влажный жар разливается по пальцам. Мы оба дрожим и задыхаемся, пока он переживает оргазм.
Финн оседает на меня, его влажное дыхание согревает шею.
Мир вокруг медленно возвращается — громкие взрывы в фильме, вспышки света от экрана играют на его коже.