– Ах, твою!.. – оттуда стремительно вылетел топтун и мощным тараном, словно тяжёлый разогнавшийся локомотив, снёс брата Силантия. Тот не устоял на ногах и рухнув плашмя, на спине проехал через весь зал, не имея возможности вскочить на ноги и сменить свой тесак на более мощное оружие. Любимое ружьё и автомат сейчас находились за спиной, собственно он на них, как на коньках скользил по полу. Топтун бросился к неуспевающему встать на ноги квазу. Но к большому разочарованию твари, в последний момент, непривычно большого размера еда, похожая на сородичей, но пахнущая человечиной, внезапно исчезла. Вот только что мелькала на полу и вдруг словно испарилась. От тела и вкусного запаха не осталось и следа. Топтун вертел башкой из стороны в сторону, пытаясь обнаружить исчезнувшую жертву. Нет нигде. Внезапно он замер и жадно втянул широкими ноздрями воздух. Со стороны пролома, с улицы потянуло запахом еды и, не раздумывая, рванул в ту сторону. Пробежать удалось всего метра три. Тяжёлая бронебойная пуля, пробивавшая крупповскую сталь немецких танков, вошла в затылок через споровый мешок. Брату Силантию совершенно не жаль горсти споранов, жизнь его парней сейчас гораздо дороже. Ему уже надоело почём зря терять своих людей. Ружьё внутри торгового зала бахнуло так, словно совсем рядом прогремел гром. Оставалось лишь молиться Стиксу и надеяться, что оглушительный звук выстрела не вышел за пределы торгового центра. С улицы вбежал взволнованный Сипатый.
– Босс, всё в порядке?! Мы не смогли сразу сюда зайти, слишком много пустышей с бегунами припёрлось.
– Ого! А этот откуда?! – только сейчас помощник обратил внимание на труп топтуна, хотя сразу не заметить эту гору просто невозможно.
– Оттуда, – махнул на раскрытый склад брат Силантий.
– Босс, так не бывает, чтобы за два дня от свежего заражённого дожраться до топтуна.
– Пошли, посмотрим, – вместе с ними на склад направились ещё трое сектантов, которых позвал Сипатый. У всех магазины в автоматах с бронебойными пулями, пальцы на спусковых крючках. Бережёного Стикс бережёт. Если брат Силантий с Сипатым чувствовали себя уверенно, то трое новичков явно трусили, хотя старательно пытались скрыть это. Одно дело отстреливать низших тварей на расстоянии, а другое дело лезть в полутёмное помещение, в котором можно напороться чёрт знает на кого.
– Не сцыте, братья! – усмехнулся брат Силантий, и, активировав «невидимку», решительно вошёл в помещение склада.
– Ему хорошо говорить, сам то невидим, – пробормотал Рябой, судорожно сжимая рукоять автомата. – Мать моя,.. – во многих местах, насколько в полумраке можно было различить, заляпан побуревшими пятнами крови. Подошвы противно чвякали, прилипая к поверхности пола. Везде кости, обрывки одежды, поваленные стеллажи и раздавленные коробки с продуктами, разнокалиберные бутылки с напитками. И запах… Тошнотворный запах смерти.
– Никого… Ты что-нибудь понимаешь? – Сипатый вздрогнул, услышав справа от себя голос босса, но при этом не видя его.
– Я предупреждал, что это плохая идея, оставить здесь людей, – Сипатый, зябко передёргивая плечами и нервно оглядываясь по сторонам, напомнил свои слова боссу. – Ну, что, сваливаем отсюда?
– Размечтался… Какой на хрен сваливаем, зря что ли сюда ехали?! Брат Силантий постучал по гарнитуре: – Пескарь, шишигу вовнутрь. Остальные прикрывают с улицы. Так, парни! – обратился он к сектантам, – раз мы остались без иммунных, то вместо них загружаем шишигу продуктами. Не возвращаться же нам пустыми.
Бойцы обвыклись, страх прошёл и теперь спокойно сновали туда-сюда с коробками по полутёмному помещению. Брат Силантий с Сипатым контролировали обстановку, готовые в любой момент отразить нападение, если таковое произойдёт. Но пока Стикс миловал. Но, правда, недолго… На шум по неработающему эскалатору спустилось десятка полтора пустышей. С помощью «клювов» их перевели в горизонтальное положение, навсегда успокоив.
– Шишига под завязку.
– Хорошо, братья, уходим…
– Стоп! А где Рябой? – Сипатый посмотрел по сторонам. И точно – не хватало одного новичка, остальные растерянно молчали, не зная, что ответить. Впрочем, заминка длилась недолго. Послышался какой-то шум из глубины склада, затем сдвоенные шаги и испуганный, дрожащий голос Рябого: – не стреляйте!