- Посмотрела бы я на тебя, - со вздохом сказала девушка, - чтобы ты делал, если бы тебе запретили любить! Ладно, слушай дальше. Наша цель такова: похитив Мэдэлин, через два дня «на сцене» (т.е. в нашем замке) появляется Влад. Его личность мы не раскрываем моей матери: для неё он – иностранец, заблудившийся ночью в нашей округе. Матушка, конечно, приютит его на ночь. Как бы невзначай, за ужином, Владимир расскажет о похищении твоей невесты. Он, будто встретил странных типов, которые обсуждали, как потребовать выкуп у жениха за эту «девчонку». «В этом разговоре» они назвали и место, где её держат. А мой Влад, как бы спросил у горожан, кого похитили недавно. В общем, он приходит к нам как герой: он наймёт людей и освободит девушку. Матушка, естественно, восхищена: какой отважный молодой человек (кроме титула и денег она ценит героизм в мужчинах), хоть и иностранный купец; богатый… А Влад ещё через два дня, вечером (чтобы никто не видел), приводит к моей матери Мэди. Она-то, добрая душа, пригласит всех ваших родственников: хорошо, что «такой» гость остановился именно у неё и помог нашим соседям. В этом случае её уже легче будет уговорить на нашу свадьбу с Владом, - закончила свой рассказ Шарлотта. Девушка была в радостном возбуждении и верила в свой план.
Дюмон весело ей ответил, потрепав Шарлотту по голове:
- Изощрённый у тебя ум, милая Шарло! Так и быть, я разрешаю вам продолжить ваш замысел. Но главное условие – держи меня в курсе, а сейчас отведи меня к Мэди. Потом надо будет успокоить всех родных. И познакомь меня с Владимиром.
Девушка, виновато улыбаясь, заметила:
- Я знала, что ты всё поймёшь. Мы завтра тебе хотели всё сообщить. Но ты оказался слишком догадливым – быстро меня раскусил. Завтра утром мы поедем к Владу – Мэди у него живёт.
- Я до завтра не доживу! – взмолился Дюмон.
- Сейчас нельзя. Иначе мама что-то заподозрит, - умно возразила ему Шарлотта.
- Да, ты права. Ладно, покажи, где я могу переночевать, - и они вдвоём стали подниматься по лестнице, ведущие в спальные комнаты.
Как только Дюмон лёг, Шарлотта сказала матери, чтобы та не волновалась и ложилась спать. Маркиза последовала совету дочери, со вздохом заметив:
- Никто из наших слуг ничего не слышал о похищении. Жалко бедняжку…
***
Наутро первым делом Дюмон послал два письма – герцогу и своей матери, в которых сообщил, что Мэди нашлась, и что с ней всё в порядке. О подробностях он обещал рассказать при встрече. Юноша дал понять, что они с невестой немного задержатся и вернуться через несколько дней.
Владимир приехал утром и «сыграл» свою роль в точности, как вчера описывала Шарлотта. Мадам Верноль (матери Шарлотты) он рассказал о похищении, про которое говорили в таверне два странных типа. Влад попросил мадам Верноль посоветовать крепких и толковых людей, которых можно нанять для поисков девушки. Обо всём этом молодой человек говорил решительно, поэтому мать Шарлотты (к слову сказать, её звали Луиза) сразу прониклась к нему.
« Вот такой муж нужен моей Шарлотте», - подумала она. – «Жаль, конечно, что у него нет титула. Но зато он отважный и сильный; сможет защитить мою девочку от любых напастей. Да ещё и симпатичный».
Вслух же она сказала Владимиру:
- Да, я знаю надёжных людей. И моя дочь – Шарлотта – тоже их знает. Она вам поможет их собрать. Сама я уже не могу быстро ходить и буду только мешать вам. – Затем она обратилась к дочери: - Шарлотта, милая, помоги этому отважному молодому человеку – Владимиру.
- Конечно! Бедная девушка, наверное, страдает в каком-нибудь подземелье. Идёмте, Владимир, - и девушка направилась к выходу. Владимир последовал за ней. Едва они успели выйти, Дюмон (сидевший до этого в кресле) резко встал и, сказав: - Мадам Луиза, я не могу оставаться безучастным. Поэтому пойду с вашей дочерью и Владимиром на поиски моей Мэди. Прошу простить, - он вышел, не дожидаясь ответа.
- Господи, помоги им всем! – со вздохом произнесла мадам Верноль, усаживаясь на диван…
Наши «герои» покинули поместье Шарлотты и отправились к Владимиру в замок. С ними ещё в двух каретах ехали «надёжные» люди молодого купца – он их нанял заранее и объяснил, какие роли им предстоит сыграть.
Уже «на месте» едва Дюмон вошёл в покои, где находилась его любимая, он тут же подбежал к ней и крепко обнял.
- Любимая моя, милая! Как я перепугался! А знаешь ли ты, как волнуется твой дядя? Хотя я и послал ему и своей матери письма, в которых пытался успокоить, они должны воочию в этом убедиться! – всё это Дюмон шептал между поцелуями, которыми осыпал Мэдэлин. Он не замечал никого вокруг, но девушка заметила: