— Да я и так скажу. Помню ее, постоянный наш клиент, — простодушно заявила Ерошкина.
— А как давно к ней выезжали?
— Она всегда заранее мойщиков вызывала. У нас договор: раз в два месяца приезжаем к ней. Сейчас гляну, — Соня достала из сумки ноутбук и включила его. Я нетерпеливо тряслась на стуле. — Так, вот, сейчас… Были у нее три недели назад. А что?
— Ничего, — я готова была расцеловать Сонечку, — спасибо огромное. С меня причитается. Извини, Сонь, пора бежать.
Наспех попрощавшись с подругой, я вылетела из кафе, и не успела дойти до своей машины, как телефон требовательно завибрировал. Звонил Клим.
— Доброе утро, — радостно поздоровался он. — Надеюсь, не разбудил?
— Нет. Я уже в городе, — отчиталась я, садясь за руль.
— А мне почему не позвонила?
— Решила, что ты занят.
— Для тебя я всегда свободен, — галантно заявил Клим, и сменил тон на серьезный: — Где ты? Я подъеду к тебе.
— Давай к моему дому, — сообразила я. — Встретимся во дворе, расскажу, что узнала.
— Новости хоть хорошие? — хмыкнул Клим.
Я печально вздохнула.
— Если бы…
Глава 32
По пути к дому я попала в большую пробку, и, чтобы скоротать время, позвонила деду.
— Привет, — поздоровалась я, барабаня пальцами по рулю. — Не разбудила?
— Лиза, ты же прекрасно знаешь, что я встаю в шесть, — укоризненно заметил дед. — И тебе доброго утра. Меня гораздо больше удивляет, почему ты звонишь так рано, и, судя по всему, не из дома.
— Так и есть. Я сейчас в городе, разговаривала кое с кем по нашему делу, — выдохнула я. — Есть интересные новости.
— Слушаю, — посерьезнел дед.
Я рассказала ему об Антоне, Раисе Степановне и Кристине с ее колонкой и намерением напугать отца.
— Ты уверена, что колонка принадлежит девочке? — помолчав, спросил дед.
— Прямых доказательств у меня нет, но да, я уверена, — с сожалением призналась я. — Радочка с техникой вообще не дружит, а Кристина в откровенной беседе с Антоном ясно дала понять, что ждет, когда выйдет из-под родительского контроля.
— Сможешь поймать ее за руку?
— Да запросто.
— Тогда действуй. Не хочу голословно обвинять девчонку. Если она такая, как ты о ней рассказываешь, то сможет выкрутиться. А мне потом перед Поликарпычем краснеть и оправдываться. Про Альбину есть новости?
— Есть. Клининг она заказывала недавно, это подтвердила сотрудница фирмы «Тридоблеска». Следовательно, если сложить этот факт и то, что Альбина до смерти боялась высоты, окна она мыть не могла.
— Рядом стоял таз с тряпкой. Я видел фотографии места преступления, — заметил дед.
— Она могла вытирать пыль с подоконника. Или мыть батареи, — спокойно ответила я.
— И точно также могла глянуть в окно и выпасть.
— Нет. Думаю, Альбина вообще бы не стала открывать окно, находясь рядом.
— И как ты видишь эту картину? Она моет батарею, а кто-то подходит, открывает окно и выталкивает ее? И ни следов сопротивления, ничего? — ворчливо спросил дед.
— Не знаю, — призналась я. — Говоришь, на теле синяков нет?
— Нет. Все чисто, вплоть до ногтей и отпечатков на окне.
— А Альбинины отпечатки на ручке окна есть?
Дед замолчал, потом крякнул и сообщил:
— Повиси минуту.
Я терпеливо принялась слушать незатейливую мелодию. Ровно через минуту дед рявкнул:
— Ну, работнички, ё-моё! Нет, Лиза, отпечатков Альбины нигде нет.
— А если бы она открыла окно, и выпала, они бы остались, — констатировала я известный факт. — Ладно, дед, я подъезжаю к дому.
— А где твой помощник? — вдруг спросил дед.
— Ждет меня во дворе.
— Как вы, сработались?
— Да вроде как да, — покраснела я, радуясь, что дед этого не видит.
— Отлично. А я же тебе говорил: Коля отличный парень, — с гордостью заявил дед. — Никаких нареканий по службе, десять лет отработал, сейчас в охранной фирме трудится, на хорошей должности. Не то что другие, тьфу, с крашеными волосами да ногтями… И Николай, между прочим, из хорошей семьи…
Я рассеянно слушала деда, поворачивая во двор, и сразу заметила внедорожник Клима.
— Какой Николай? — спросила я.
— Как какой? Ты вообще меня слушаешь? — возмутился дед. — Николай Краснов, мой знакомый, которого я тебе на помощь послал. Ну, лейтенант, помнишь? Ты еще рассмеялась и песню запела, когда я тебе про него первый раз сказал.